Никсон отверг все три школы мысли и занялся утверждением национального интереса в качестве базового критерия долгосрочной американской внешней политики. Самым важным средством для такой работы стал ежегодный президентский доклад по вопросам внешней политики. Начиная с 1970 года было опубликовано четыре таких доклада. Подготовленные моим аппаратом и мною лично, эти доклады отражали точку зрения президента и публиковались от имени Никсона. Как и со всеми такого рода заявлениями, авторство менее важно, чем принятие президентом на себя ответственности за их содержание. Хотя эти доклады выдвигали концептуальные подходы новой администрации, преуспели они в этом не полностью. Средства массовой информации, нацеленные скорее на события, чем на концепции, по большей части проигнорировали их, за исключением разделов, относящихся к Вьетнаму. А иностранные руководители трактовали эти документы как продукцию аппарата, которой они займутся, когда на деле возникнут обстоятельства, в них описанные.
Тем не менее для человека, изучающего этот период, эти документы являются наилучшим путеводителем в мире внешней политики эпохи Никсона, равно как и для журналистов, и для иностранных руководителей, которые, как выяснилось, упустили ряд очевидных намеков, сосредоточив внимание на повседневных вещах дипломатических сообщений. Лейтмотивом этих докладов являлось то, что американская внешняя политика отныне будет нацелена на анализ национального интереса и что Америка будет заниматься скорее делами политического характера, чем толкованием правовых принципов. В первом ежегодном докладе президента по вопросам внешней политики, представленном 18 февраля 1970 года, высказывалась эта точка зрения:
«Нашей целью в первую очередь является подкрепление наших
В британском или французском государственном послании такого рода заявления были бы восприняты как трюизмы, общеизвестные истины, и никто не счел бы необходимым особо это подчеркивать. В Америке же такого не бывало, чтобы президент строил свою внешнюю политику на четком подтверждении национального интереса. Никто из предшественников Никсона на протяжении этого столетия — за исключением Теодора Рузвельта — не трактовал американский идеализм как один фактор из числа многих или говорил о будущем в понятиях постоянной вовлеченности, в противоположность конкретным крестовым походам с четко определенными конечными целями.
Что касается отношений с Советским Союзом, как указывалось в докладе, американская политика будет базироваться на точном понимании характера советской системы, которое не допускало ни недооценки глубины коммунистической идеологической убежденности, ни становилось жертвой иллюзии по поводу того, что коммунистические лидеры «уже отказались от своих убеждений или готовы это сделать…»[1001]. Не позволит себе Америка становиться в эмоциональную зависимость от отношений с Советским Союзом. Критерием прогресса будет суть конкретных договоренностей, отражающих взаимные интересы, а не атмосферу. Более того, ослабление напряженности должно шествовать по широкому фронту:
«Мы будем рассматривать наших коммунистических оппонентов в первую очередь как страны, преследующие свои собственные интересы в том виде, как эти интересы
Доклад за 1971 год повторил ту же самую тему: «Внутреннее устройство СССР как таковое не является предметом нашей политики, хотя мы не скрываем нашего неприятия многих его сторон. Наши отношения с СССР, как и с другими странами, определяются его поведением на международной арене»[1003].
