— Эта сука считает, что ее ученики сумеют справиться с моими? – уже на ходу пробормотала себе под нос Янг. – Ну что же, это мы еще посмотрим. Кто-то желает бросить вызов самой Янг Сяо-Лонг? Ага, я с удовольствием выбью из нее всё дерьмо…
Вскоре стук каблуков затих за поворотом коридора.
Блейк устало вздохнула.
— Можете уже вылезать, директор.
Швабры, щетки и прочие принадлежности для уборки коридоров посыпались на пол. Жон пошатнулся и протянул руку к Блейк, но та быстро отступила на шаг назад, а потому он последовал примеру швабр.
— Ай!
Блейк – или профессор Белладонна – носила черные колготки, серую юбку и темно-фиолетовую блузку с серым кардиганом поверх нее. Всё это создавало впечатление роковой женщины, от одного взгляда на которую сердце любого мужчины начинало биться быстрее. Вот только ее собственный взгляд легко мог это самое сердце напрочь заморозить. Свои кошачьи уши она больше не скрывала, а бантик теперь крепился к карману на левой стороне груди, став простым украшением.
— Могла бы меня и поймать…
— Мог бы и встретиться с Янг лицом к лицу, как подобает мужчине.
— Ни один мужчина не способен встретиться с Янг лицом к лицу, – возразил Жон, поднявшись с пола и стряхнув с одежды пыль.
К слову, Блейк являлась его заместительницей и вступила в должность сразу же после того, как Глинда ушла в отставку. Своим поведением, она, похоже, тоже старалась ей подражать.
— Не понимаю, почему Янг стала настолько агрессивной… – пробормотал Жон.
— Наверное, из-за того, что Нео на прошлой неделе воспользовалась иллюзией, сделав вид, будто беременна.
— ЧТО?!
— Никто, кроме Янг, этого не видел. Я и сама не понимала причины ее ревности, пока случайно не узнала.
Жон застонал.
— Просто замечательно. Теперь мисс “А часики-то тикают” вышла на тропу войны…
— Угу.
— Ладно. Спасибо за помощь. Я, пожалуй, пойду-…
Блейк ухватила его за воротник синего пальто.
— Куда это ты пойдешь? – с нескрываемой угрозой в голосе поинтересовалась она.
По виску Жона скатилась капля пота.
— Опять собрался надраться вместе с Портом и Ублеком? Обмани меня раз – позор тебе. Но второго раза точно не будет!
Блейк двинулась по коридору, по-прежнему удерживая Жона за шкирку, а потому выбор у него оказался не слишком велик: либо брести следом, либо быть утащенным, словно добытый на охоте зверь. Разумеется, он предпочел первый вариант.
— Четыре недели, Жон! – воскликнула Блейк. – Осталось всего четыре недели до начала Фестиваля Вайтела! Ты понимаешь, что это значит?
— Если учесть, сколько раз мы его проводили, то…. да, понимаю.
— И на каждом из них твоя речь была совершенно неадекватной!
— Руби говорила, что ей понравилось.
— Ей понравится, даже если ты выйдешь на сцену и у всех на глазах наложишь большую вонючую кучу, – вздохнула Блейк. – Мнение Руби вообще не аргумент. К тому же у нас до сих пор не готовы комнаты для иностранных студентов, хотя ты обещал заняться ими еще полторы недели назад.
— Я и собирался ими-…
— Не говоря уже о Синдер.
— Она что, тоже приезжает?..
— Конечно, приезжает. И не успокоится до тех пор, пока с тобой не встретится.
— Ох, – поморщившись, пробормотал Жон. – Синдер так и не подыскала себе своего короля?
— Подыскала. И ты даже его знаешь.
— Кого-нибудь кроме меня.
— Тогда нет, не подыскала. К слову, Королевство Фолл прислало еще одно официальное предложение: договор о свободной торговле, военный союз и обмен разведывательной информацией.
— О, а вот это звучит довольно неплохо!
— Но взамен она желает получить твое тело, – сказала Блейк.
— Синдер хочет моей смерти?!
— Нет, живое тело для личного пользования.
Жон открыл было рот, но затем закрыл его и покраснел.
— Совет Вейла обдумывает ее предложение, – добавила Блейк.
— Я им покажу, как “обдумывать” такие вещи! – возмутился Жон.
— Ты бы им давным-давно показал, если бы не пропускал заседания, отправляя на них меня вместо себя, – произнесла Блейк, сердито на него уставившись.
И похоже, Глинда довольно неплохо ее натаскала в этом деле, поскольку Жон внезапно ощутил ужас.
— Советники ощущают пренебрежение с твоей стороны. Я пообещала, что в течение следующих двух недель ты будешь ходить на все заседания.
— З-зачем ты это сделала?
— Потому что на следующие две недели я беру отпуск.
Жон резко побледнел.
— Ты не можешь!
— Хм? По-моему, мое право взять отпуск закреплено в соответствующем законе.
— Нет, я говорю о другом! Без тебя школа развалится, а мы все умрем!
— Ты преувеличиваешь.
Жон вовсе не преувеличивал. Руби не зря начинала называть Блейк “мисс Гудвитч” в моменты сильного волнения. Она как будто возвращалась в те времена, когда Глинда замечала ее сон во время урока или не сделанную домашнюю работу.
Блейк идеально вписалась в роль заместительницы директора Бикона. Эта самая роль обуславливалась установленными Озпином в незапамятные времена порядками, постепенно превратившимися в традиции. По сути, Блейк являлась пастухом, который направлял стадо преподавателей и заставлял исполнять их собственные профессиональные обязанности.
