Ножки его стула “загадочным” образом скользнули по полу, заставив Романа упасть.
— Ну и кто тут из нас теперь недостаточно взрослый? – сердито спросил он.
— Понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь, – пожала плечами Глинда, заняв свое собственное место и посмотрев на Барта. – Ты уже изучил те материалы, которые я тебе передала?
— Как раз докладывал о результатах Жону. Данные показывают, что в Атласе нет никаких отклонений от обычного состояния. Аномалия ограничивается только территорией Вейла.
— Проблема, – вздохнула Глинда, налив себе в стакан немного сока. Из всех преподавателей Бикона лишь она одна переносила эмбарго без каких-либо жалоб. – Ни на секунду не поверю в то, что всё это является простым совпадением. Уровень негативных эмоций в Вейле никак не мог настолько сильно вырасти, даже если учесть недавнее нападение на Бикон.
— Не мог, – согласился с ней Жон. – Иначе в Атласе мы увидели бы очень похожую картину, поскольку именно их роботы на нас напали. Уровень негатива должен быть хотя бы сопоставим с нашим.
— Он примерно такой же, как у нас, – вступил в разговор Роман. – В Атласе хватает акций протеста и всего прочего. У них там вообще вовсю идет политическая и идеологическая борьба.
— Ну вот. А раз у Атласа и Вейла практически одинаковый уровень негативных эмоций, то столкнуться с проблемой резкого увеличения количества Гриммов должны были не только мы. Думаю, версии о естественных колебаниях численности монстров и всяческих случайностях можно уже отбросить. За всем этим стоит именно Салем. Остается лишь один вопрос: чего ей надо?
— Растянуть наши силы на как можно большую территорию, конечно, – пожала плечами Глинда. – Вероятно, попытаться захватить новую деву, если мы ее вдруг куда-нибудь отправим.
— Или просто закончить начатое, – кивнул Роман. – Если они собираются повторить нападение, то им понадобится еще больше Гриммов. И сколько бы они ни старались держать сбор подобной орды в тайне, кто-нибудь должен был хоть что-то заметить. Ну, например, случайные путники или же охрана поселений, к которым приблизилась отбившаяся от остальных стая Беовульфов.
Преподаватели встревоженно переглянулись.
— Тогда необходимо укреплять оборону Бикона и даже, наверное, всего Вейла.
— У Вейла имеются стены. Возможно, нам тоже стоит соорудить нечто подобное.
— Вы хотя бы представляете себе, во сколько нам такое строительство обойдется? – поинтересовался Роман. – Поверьте мне, нашего бюджета точно не хватит, даже если мы продадим на органы абсолютно всех студентов.
— Стоит ли мне беспокоиться из-за того, что вот это оказалось твоей первой мыслью о том, как исправить наше финансовое положение? – спросил Жон.
Роман пожал плечами.
— Да я еще даже к ценам на органы как следует не присматривался.
Глинда, Жон и Барт дружно вздохнули.
— Что? Да, признаю – это моя недоработка.
— Ладно, забудем пока о столь сомнительных свойствах характера Романа, – произнес Барт.
— Сомнительных? – переспросила Глинда. – Да разве тут вообще могут быть какие-либо сомнения? Он же совершенно невыносимый придурок!
— Сдается мне, что превратить Бикон в крепость до атаки Гриммов мы попросту не успеем, – вздохнул Барт, вновь попробовав вернуть беседу к самому главному. – Я вовсе не говорю, что нам не нужно готовиться, но… как насчет чего-нибудь чуть более близкого к реальности в плане фортификации?
— Кстати, у Вейла есть армия? – поинтересовался Жон.
— И да, и нет. Существуют так называемые “силы самообороны Вейла”, которые охраняют стены и поддерживают их системы в рабочем состоянии, – ответил Барт. – Я бы не назвал их настоящими солдатами. По крайней мере, до того, что ты видел у Атласа, они очень серьезно не дотягивают – просто ополченцы, только чуть лучше обученные. К тому же значительная часть их тренировок относится вовсе не к боевой подготовке, а к инженерному делу.
— Большинство систем обороны автоматизированы, – пояснила Глинда. – У Вейла имелась своя армия, но после Великой войны она была расформирована. Официальной причиной назвали невероятный уровень коррупции, но за решением стоял вполне себе определенный политик.
— Судя по твоему тону, я сейчас должен спросить, кем конкретно был этот самый политик… – вздохнул Жон.
— Его звали Освальд, – пожала плечами Глинда.
— Освальд… – пробормотал Жон, приложив ладонь к лицу.
— Освальд Тёрнер, – добавил Барт. – Довольно эксцентричный мужчина, если я правильно помню, но голова на плечах у него имелась. Он провел множество реформ, включая кофейную и-…
Барт замолчал, внезапно кое-что осознав, после чего тоже вздохнул.
— Ну, теперь некоторые его решения становятся гораздо понятнее.
— Проклятье, Озпин, – застонал Жон.
— Возможно, в то время подобные действия были вполне себе оправданы. Отсутствие армии у Вейла помогло улучшить отношения с Атласом. Часть историков полагает, что Атлас как раз и согласился на переговоры именно из-за веры в свое полное военное превосходство.
