Глажу его выпирающие рёбра и худые бока. Глажу и с удовольствием отмечаю, как быстро теплеет бледная кожа. Касаюсь сосков и улавливаю один-единственный шумный вздох. Выпрямляюсь тоже, но ему отстраниться не позволяю. Ближе теперь, касаясь друг друга. Даже жалею, что напялил майку с утра.
– Мне не нравится твоя одежда. Выкини.
– И что мне тогда носить? – совсем уже подозрительно выходит. Согласился так легко, будто бы и ждал именно этого.
– Что хочешь. В шкафу в спальне наверняка найдётся что-нибудь твоего размера.
– Да ладно, разве что такое же старьё времён раннего неолита, когда динозавры бегали в Макдоналдс, а ты был таким же дрищом как я.
– Почти так. Но моё старьё явно приличнее твоих обносков. Впрочем, как я и сказал, бери что захочешь, мне не жалко.
Отклоняется назад и покачивается на моих коленях, а мне хочется дёрнуть его поближе и заставить елозить задницей уже по ширинке. Выгибается так, что тянет прикусить за маленький тёмный сосок. Дьявол, неужели я настолько озабоченный? Или всё дело в том, что кое-кто слишком долго дразнит меня, водя аппетитным куском перед самым носом?
– Это подачка? – интересуется как бы вскользь, потому как уже наклоняется ко мне, упираясь в меня своим голым животом и грудью, прижимаясь, обхватывая за шею.
– Нет, что ты. Это гуманитарная помощь недоразвитым странам, представитель которых свистнул мою кредитку, но так и не додумался отовариться.
– А это уже не твоё дело и не твоя кредитка.
Вот тут я бы поспорил, ещё как поспорил! Но разве оно того стоит – упустить такой момент?
Близко-близко. Вот сейчас нагнётся ещё чуть-чуть, и я, не удержавшись, как следует укушу его за губу, а потом, хочет он того или нет, засуну язык в рот. Влажный, тёплый, сопротивляющийся…
Джинсы давят. Ещё, малыш.
В нетерпении обхватываю его за поясницу и… получаю увесистый удар в грудь. Выдыхаю и откидываюсь назад, а Кайлер ловко скатывается с моих колен и поднимается на ноги. Принимая поражение, вскидываю руки:
– Будешь и дальше меня динамить?
Хмыкает и молча скрывается в спальне. Слышу, как роется в моём шкафу и явно скидывает тряпьё на пол. Ну и пусть.
Прикрываю глаза и надеюсь на то, что поселившееся в груди странное чувство, которое тревожным червячком подтачивает меня изнутри, не более чем начавшаяся из-за появления мальца паранойя.
Ну в самом деле, почему бы ему не забить, в конце концов?
Потягиваюсь, разминая мышцы, и, выждав ещё немного, подрываюсь вслед за перевернувшим уже две полки мальчишкой. И вовсе не для того, чтобы повалить его на кровать и затребовать своё "спасибо". К сожалению нет. Лишь затем, чтобы вытянуть из общей кучи тряпья чистое полотенце и отправиться в душ.
Стало слишком привычным опаздывать на репетиции. Наверное, стоит явить народу свою задницу вовремя. Ну, так, для разнообразия. И потом, в голове так ненавязчиво крутится пара мыслишек, как забить колышек попрочнее, как бы пошло оно ни звучало. Впрочем, в моей башке даже объявление о продаже поношенных носков может звучать крайне похабно – всё чёртов внутренний голос виноват.
Уже на пороге ванной комнаты оборачиваюсь, пальцами постукивая по дверной ручке.
Кайлер явно затих. Должно быть, раскопал себе что-то.
Ухмыляюсь.
Всё-таки я был прав: всё покупается, и тебе, малыш, не удалось меня переубедить.
***
Возвращаюсь ближе к десяти и, рассмотрев своё отражение в свежеустановленных зеркальных панелях в лифте, оцениваю его как "средней паршивости". Выжат, словно лимон, пропущенный через дробилку.
Мистер Нильсон соблаговолил лично присутствовать на репетиции, а после, прихватив задницу Джека, отбыть на внеплановое интервью в один из бизнес-центров почти на окраине. Интересно даже, сколько ему пообещали за скорость и живого Джеки-Джека? Должно быть, не так уж и охуитительно много, раз уж он схватил его, а не меня, но и не мало, раз он мобильно ломанулся невесть куда на ночь глядя. Иногда я даже думаю, что Ларри неплохой малый… Иногда. И сейчас явно не тот случай.
А ещё я думаю, что Кайлер наверняка до сих пор не спит, и мне, возможно, обломится что-то большее, нежели презрительный взгляд исподлобья. Учитывая, что у меня есть кое-что для него. Кое-что явно полезнее его потрёпанных книжонок.
Писк лифта, и створки разъезжаются. Последний взгляд в зеркало, небрежным движением ладони взъерошить и без того торчащие в беспорядке волосы и направиться к своей двери. Выходит не так круто, как в сопливых фильмах, но что поделаешь – только в дешёвых сериалах раны не болят.
Фу, каким ты стал мнительным, Рен. Так и до гомеопатии недалеко, а после, глядишь, и пить брошу, торжественно выкурив последнюю сигарету. Не-не-не, ребят! Это не ко мне.
Толкаю входную дверь, которую в очередной раз забыл запереть. Ну да и хрен с ней. В ноздри тут же забивается запах жареного мяса и ещё чего-то сладкого, явно мучного.
