Впервые увидев гигантею, Квинн решил, что у него галлюцинации. Она поднималась вверх на двести тридцать метров, а ствол, диаметром не меньше сорока пяти метров, возвышался над джунглями, словно случайно попавшая сюда гора. Лозы и лианы обвивали ее нижние ветви, добавляя своими цветами красок однотонной свинцово-зеленой листве. Но одолеть гигантею было не под силу даже самым мощным лианам.
Джексон щелкнул пальцами и показал вперед. Квинн рискнул поднять голову над зарослями кустарников, доходящими ему до плеч.
Сейси, которого они выслеживали, трусил по скудному подлеску в десяти метрах от них. Это был крупный экземпляр, самец, с черной шкурой, испещренной голубоватыми шрамами и ушами, отгрызенными почти до основания. Он побывал во многих битвах и во всех одержал победу.
Квинн радостно улыбнулся и жестом послал вперед Лоуренса. Джексон остался там, где стоял, прицелившись в голову сейси из лазерной винтовки. Страховка на тот случай, если атака будет неудачной.
Охоте предшествовала тщательная подготовка. В этот день в джунгли вышли тридцать жителей Абердейла, но все они держались ближе к реке. Квинн, Джексон и Лоуренс поспешили на юго-восток, подальше от воды и влажности, в район, где рыскали сейси. А Пауэл Манани рано утром ускакал в одно из поместий в саванне, чтобы помочь разыскать барана, сбежавшего из-за упавшего забора. Что еще важнее, для выслеживания беглеца он взял с собой и Ворикса, отлично чуявшего запахи. А падение забора предыдущей ночью подстроил Ирли.
Квинн положил на землю помповое ружье, купленное у Бакстера, снял с пояса болу и с воинственным криком начал раскручивать ее над головой. В деревне никто не знал, что привы пользуются болой. А между тем это оружие было предельно простым в изготовлении, требовалась только высушенная лоза, чтобы связать между собой три камня. Обрывки лозы привы приносили совершенно открыто, поскольку пользовались ими как поясами.
Сейси обернулся, раскрыл пасть и испустил характерный протяжный вой. И сразу бросился в сторону Лоуренса. Парень, крича от избытка адреналина, запустил свою болу. Камни с невероятной быстротой закрутились вокруг задних ног зверя, быстро наматывая лозу. Оружие Квинна секундой позже ударило в бок сейси и опутало одну из передних ног. Сейси упал, скользя по траве и грязи и отчаянно дергаясь, как в приступе эпилепсии.
Квинн, сдергивая на ходу с плеча лассо, рванул вперед. Сейси метался и выл, его острые зубы щелкали в попытке разорвать ненавистные лианы, опутавшие лапы. Квинн раскрутил лассо, изучая движения жертвы, и метнул петлю.
Между двумя воплями пасть сейси закрылась, и в этот момент лассо затянулось у него на морде. Зверь изо всех сил рванулся назад, стараясь освободить челюсти, но лассо выдержало; оно было сделано из силиконового шнура, украденного Квинном на одной из ферм. Трое привов слушали, как яростные и отчаянные крики быстро сменяются резким отрывистым сопением.
Лоуренс всем своим весом упал на извивающегося сейси, стараясь связать брыкающиеся задние лапы куском шнура. Квинн присоединился к нему и занялся передними лапами.
Для того чтобы полностью обездвижить зверя, потребовалось еще три минуты. Все это время Квинн и Лоуренс вместе с добычей барахтались на земле, покрываясь царапинами и грязью. Наконец они поднялись, все еще дрожа от возбуждения и напряжения и глядя на связанную жертву, беспомощно лежащую у их ног. Зверь в ответ сверкал зеленоватыми глазами.
— Переходим ко второй стадии, — объявил Квинн.
Было уже далеко за полдень, когда Джей нашла Хорста. Он сидел, ссутулив плечи, под деревом квалтука и, несмотря на летящую с неба морось, как будто спал. Девочка хихикнула, удивляясь его глупости, и потрясла за плечо. Хорст что-то неразборчиво пробормотал, а потом велел ей убираться.
От обиды у нее задрожала нижняя губа, и девочка бросилась к матери.
— Эй, парень, посмотри на себя, — воскликнула подошедшая Рут.
Хорст рыгнул.
— Давай, поднимайся. Я помогу тебе добраться до дома.
Он повис на ней всем своим весом, едва не сломав спину. В сопровождении мрачной Джей, державшейся позади в паре шагов, они кое-как добрели до хижины Хорста.
Рут свалила его на койку и равнодушно наблюдала, как он пытается вызвать рвоту, свесив голову к самому полу. Но изо рта на доски упали лишь две желтые капли желудочного сока.
Джей осталась у двери и крепко держала Друзиллу, своего белого кролика, беспокойно вертевшего головой.
— Он поправится?
— Да, — ответила Рут.
— Я подумала, что это сердечный приступ.
— Нет. Он напился.
— Но он же священник! — воскликнула Джей.
Рут потрепала дочку по волосам.
— Да, дорогая. Но это не означает, что он святой.
Джей с самым серьезным видом кивнула:
— Я поняла. И никому ничего не расскажу.
Рут повернулась и посмотрела на Хорста.
— Почему ты это сделал, Хорст? Почему именно сейчас? Ты так хорошо держался.
Налитые кровью глаза моргнули и уставились на нее.
— Дьяволы, — простонал Хорст. — Все они дьяволы.
— Кто?
— Привы. Все. Порождение дьявола. Сжечь церковь. Теперь нельзя ее освящать. Они ее строили. Дьявол строил. Иере… ере… еретики. Сжечь дотла.
