Космоястреб все еще продолжал болтать со своими сородичами, а Сиринга, Рубен, Оксли и Тула, взяв флаер с ионным двигателем, направились к Кестевену, одному из самых крупных островов, лежащему в семистах километрах южнее экватора. Его столица, город Бостон, являлась торговым центром и местом проживания ста двадцати тысяч человек, обитавших в месте пересечения двух неглубоких долин. Весь остров покрывали густые леса, а жители лишь немного проредили деревья, чтобы построить дома, так что с воздуха город был почти не виден. Сиринга смогла углядеть только сплошные парки да несколько серых церковных шпилей, возвышавшихся над деревьями. Городской аэродром представлял собой обширную зеленую лужайку, расположенную в полутора милях (Норфолк отказался перейти на метрическую систему) к северу от извилистых бульваров.
Оксли направил катер на северо-запад, чтобы не пролетать над самим городом. Воздушные полеты на Норфолке были под запретом, и исключение делалось только для небольших судов скорой помощи и спешащих на вызовы врачей. Поскольку девяносто процентов торговых сделок приходилось на середину лета, космопланы летали над планетой только в этот короткий период. Вероятно, жители Норфолка с большой опаской относились к двадцатипятитонным машинам, проносившимся над их крышами.
В момент их приземления на покрытой травой площадке аэродрома уже стояло больше трех сотен космопланов и флаеров. Оксли занял свободное место за три четверти мили от небольшого комплекса зданий, где находилась вышка диспетчеров и администрация.
Со ступеней развернувшегося шлюза Сиринга увидела стоящую вдалеке стену леса и одинокого велосипедиста, ехавшего по дорожке вдоль длинного ряда космопланов. Рядом с велосипедом бежала собака. В сухом, слегка пыльном воздухе отчетливо ощущался медный привкус цветочной пыльцы.
— А город больше, чем я его помню, — ворвалось в ее мысли замечание Рубена, окрашенное легким недоумением.
— То, что я увидела, выглядит весьма опрятно и немного чудно. Мне нравится, что они аккуратно расположились в лесу, не вырубая лишних деревьев.
Он испуганно вздернул брови.
— Чудно! Не вздумай сказать такое кому-нибудь из местных. — Рубен кашлянул, чтобы прочистить горло. — И не злоупотребляй сродственной связью в их присутствии, они считают это невежливым.
Сиринга перевела взгляд на велосипедиста. Это был мальчишка не старше четырнадцати лет, с рюкзаком на плече.
— Я запомню.
— Они ведь настоящие христиане, а выражение лица выдает наши переговоры.
— Да, наверное. А приверженность к христианской вере не повлияет на наши шансы заполучить груз?
— Никоим образом. Они принадлежат к английскому этносу и слишком вежливы, чтобы выказывать предубеждения. По крайней мере, публично. И это относится ко всем, — мысленно обратился он к остальным трем членам экипажа. — Пожалуйста, без вольностей. Местным жителям нравится поддерживать иллюзию о своих высоких моральных стандартах. Не надо их шокировать и разочаровывать.
— Это ты мне? — с притворным ужасом воскликнула Сиринга.
Эндрю Анвин подъехал к группе людей, стоявших у блестящего пурпурного флаера, и резко притормозил, так что взвизгнуло заднее колесо. Улыбчивое лицо Эндрю было отмечено россыпью веснушек, а рыжеватые волосы имели золотистый оттенок. Паренек был одет в простую белую хлопчатобумажную рубашку с расстегнутыми у ворота пуговицами и закатанными по локоть рукавами, его зеленые шорты поддерживал широкий черный кожаный ремень с красивой медной пряжкой. И никакой синтетики. Окинув взглядом элегантный синий мундир Сиринги, украшенный единственной звездой на плече, он напряженно выпрямился.
— Вы капитан, мэм?
— Да, я, — ответила Сиринга и улыбнулась.
Эндрю Анвин не мог долго удерживать официальное выражение на лице, уголки его губ чуть-чуть дрогнули и поползли вверх.
— Начальник аэродрома приветствует вас, капитан, мэм. Он приносит свои извинения, что не смог встретить вас лично, но сейчас очень много работы.
— Да, я вижу. Очень любезно с его стороны прислать тебя.
— О, отец меня не посылал. Я штатный офицер паспортного контроля, — с гордостью представился он и вытянулся в струнку. — Будьте добры предъявить ваши документы. Процессорный блок у меня с собой. — Он запустил руку в рюкзак, но это не понравилось его собаке, начавшей с лаем прыгать вокруг. — Прекрати, Мел! — прикрикнул на нее Эндрю.
Сиринге понравилось, что паренек помогает отцу и идет навстречу незнакомцам без опасений, а лишь с доброжелательным любопытством. Это свидетельствовало о благополучном мире, где не слишком много проблем и забот и люди склонны доверять друг другу. Похоже, и адамистам порой случается найти правильный путь.
