Для утренней прогулки Луиза выбрала простое летнее платье канареечно-желтого цвета; зато в этом году мама наконец разрешила делать квадратный вырез на некоторых ее платьях, хотя юбки по-прежнему должны были прикрывать колени. Открытый вырез позволял показать, насколько более женственной она стала. Этим летом в округе Стоук не было ни одного парня, кто при встрече не обернулся бы ей вслед.
Но Луиза давно, еще с самого рождения, привыкла находиться в центре внимания. Семейство Кавана, самое могущественное на всем Кестевене, объединяло целый клан крупных семей землевладельцев, и, действуя сообща, они в силу своего богатства обладали б
Дядя Луизы, старший из шести детей ее деда, владел почти десятью процентами всех обрабатываемых земель острова. Поместье Криклейд занимало более ста пятидесяти тысяч акров, включая леса, фермерские угодья, парки и даже целые деревни, предоставляя работу тысячам людей, обрабатывающих землю, ухаживающих за лесами и розовыми плантациями, а также за скотом и птицей. Остальные три сотни семей пользовались участками на его обширной территории и вносили арендную плату. Ремесленники всего округа зависели от поместья и зарабатывали на жизнь благодаря производимой здесь продукции. И естественно, семья Кавана владела львиной долей плантаций розовых кустов округа.
Луиза была самой богатой наследницей на острове Кестевен. И наслаждалась своим положением, поскольку все вокруг относились к ней с уважением и оказывали всяческие услуги, не требуя взамен ничего, кроме ее благосклонности.
Роскошный трехэтажный дом в поместье Криклейд, построенный из серого камня, только по фасаду протянулся на сотню ярдов. Из его высоких сводчатых окон открывались прекрасные виды на просторные лужайки, рощицы и обнесенные стенами сады. По границе парка проходила аллея земных кедров с модифицированными генами, так что они смогли приспособиться к длинному году Норфолка и постоянной двусторонней бомбардировке фотонами. Кедры были посажены триста лет назад и теперь достигали высоты в несколько сотен футов.
Величавые деревья всегда восхищали Луизу, их изящные ветки, расположенные ярусами, обладали таинственной красотой, какой никогда не было у местных, более мелких аналогов хвойных растений. Кедры были частью ее наследия, навеки затерянного среди далеких звезд, они напоминали ей о романтическом прошлом.
Выгон, по которому шли сестры, лежал за кедровой аллеей и занимал б
Вскоре красочный полет кораблей наскучил сестрам, и они спустились к воде. На выгоне, нагнув шеи к клочковатой траве, бродили лошади красновато-коричневой масти. Норфолкский аналог травы очень напоминал земные растения, только стебли были не плоскими, а трубчатыми, и во время летнего солнцестояния на их кончиках появлялись миниатюрные белые цветочки. В детстве Луиза называла их звездными коронами.
— Отец говорит, что подумывает пригласить в помощники управляющему поместьем мистеру Баттерворту Уильяма Элфинстоуна, — с лукавой улыбкой сказала Женевьева, когда они дошли до старого забора из деревянных перекладин в конце выгона.
— Разумное решение, — бесстрастно ответила Луиза.
— Почему?
— Уильяму, если он унаследует Глассмор-холл, надо набраться опыта в управлении поместьем, а лучшего наставника, чем мистер Баттерворт, не найти. Таким образом Элфинстоуны будут обязаны отцу, а у них есть полезные связи с продавцами окрестных ферм.
— И Уильям будет жить здесь два летних сезона, это ведь обычный срок для обучения.
— Да, конечно.
— И ты тоже будешь здесь.
— Женевьева Кавана, сейчас же прикуси свой острый язычок.
Женевьева весело закружилась на траве.
— Он красивый, он красивый! — смеясь, кричала она. — Я видела, как он смотрит на тебя, особенно на танцах, когда надеваешь свои новые платья.
Ее руки обвели воображаемые округлости груди.
Луиза невольно хихикнула.
— Чертовка, у тебя совсем нет мозгов. Уильям меня не интересует.
— Нет?
— Нет. Да, он мне нравится, и я надеюсь, мы станем друзьями. Но это и все. Кроме того, он на пять лет старше меня.
— Я считаю, что он великолепен.
— Вот и бери его себе.
Женевьева погрустнела.
