Это многое объясняло. Ее просто никто не предупредил. А теперь шакалы из «Оазиса Табиты» рыщут вокруг, предвкушая изысканное совращение девушки. Чуть позже они смогут подключиться к восприятию Андерса Боспурта и ощутить, как его искусственно увеличенный член вонзится в ее промежность. Почувствовать ее удивление и крики боли. Почувствовать, как сильное опытное тело терзает ее плоть.
Возможно, Андерс не так уж глупо поступил, приведя ее сюда, решил Дариат. Неплохая реклама. За такую красотку он без труда сможет получить десять процентов сверх обычной цены.
Бармен печально покачал головой. Он был втрое старше Дариата и всю жизнь провел в Валиске. Все это он уже видел, и никакие человеческие пороки не могли его удивить.
— Бедняжка, такая молоденькая. Кому-то надо ее предупредить.
— Да. Где-то в другом месте, может, и предупредили бы, только не здесь.
Дариат бросил на девушку еще один взгляд. Неужели такая красотка совсем не разбирается в мужчинах?
Андерс Боспурт, поднявшись из-за стола, любезным жестом подал ей руку. Мэри с улыбкой приняла ее. По ее лицу Андерс понял, что ей приятна его близость. Взгляды, которыми уставились на девушку посетители «Оазиса Табиты», не отличались скромностью. Но высокий рост Андерса и его любезность внушали уверенность. С ним Мэри чувствовала себя в безопасности.
Они вышли из бара в вестибюль, и Андерс датавизировал команду процессору космоскреба подать лифт.
— Спасибо, что сводил меня сюда, — сказала Мэри.
Он заметил, что предвкушение запретного удовольствия отразилось в ее взгляде блеском возбуждения.
— Я редко сюда заглядываю. На половину здешних завсегдатаев в Конфедерации уже выписаны ордера. Если в Валиске когда-нибудь появятся представители флота, население планет-тюрем удвоится за одну только ночь.
Пришел лифт. Андерс пропустил девушку вперед. Половина дела сделана, и все шло очень гладко. С самой первой минуты их встречи у дверей департамента расселения (идеальное место, чтобы подхватить свежую добычу) он играл роль безупречного джентльмена, тщательно следя за своей речью. А она, завороженная колдовским очарованием старины Боспурта, прижималась к нему все теснее.
Двери лифта закрылись, и Мэри смущенно опустила взгляд, как будто только сейчас поняла, как далеко она от дома и родных. Совсем одна, с единственным другом во всей Вселенной. Но пути назад у нее уже нет.
Он почувствовал, как нарастающее желание сжимает внутренности. Все это войдет в флек-диск: прелюдия, предваряющая неспешное покорение добычи. Людям нравится испытывать напряжение. А он непревзойденный артист.
Двери кабинки открылись на восемьдесят третьем этаже.
— Придется спуститься на два этажа, — извиняющимся тоном произнес Андерс. — Там лифт не останавливается. А техники никак не доберутся, чтобы его исправить. Извини.
В вестибюле уже давно не было уборки, и по углам накопилось немало мусора. В воздухе держался стойкий запах мочи. Мэри беспокойно огляделась и теснее прижалась к Андерсу.
Он повел ее к лестнице. Электрофосфоресцирующие клетки здесь пожелтели и потускнели от времени, и на лестнице царил полумрак. Под неяркими огоньками беззаботно кружились десятки крупных мотыльков. Из трещин в полипе сочилась вода, а ступеньки по краям заросли бледно-розовым мхом.
— Как любезно с твоей стороны предложить мне здесь пожить, — робко заговорила Мэри.
— Можешь оставаться, пока тебе не подыщут собственное жилье. Здесь сотни свободных помещений. Остается лишь гадать, почему департаменту требуется столько времени, чтобы с этим разобраться.
На лестнице кроме них никого не было. Андерс очень редко встречался с соседями. Нижняя часть космоскреба их вполне устраивала. Никаких неожиданных визитов, каждый сидит за закрытыми дверями и занимается своим делом. И никто не задает лишних вопросов. Сюда никогда не заглядывают копы, нанимаемые «Магеллановой МТД» для поддержания относительного порядка на Валиске.
Они вышли с лестницы на его этаже, и Андерс даавизировал в процессор замка отпирающий код. Ничего не произошло. Он натянуто улыбнулся Мэри и сделал еще одну попытку. На этот раз дверь открылась, хотя расходящиеся створки пару раз вздрогнули. Мэри вошла первой. Андерс намеренно не стал увеличивать яркость освещения и запер за собой дверь — хорошо хоть замок послушался с первого раза. Потом он положил руку ей на плечи и подтолкнул к самой большой из трех спален. Эту дверь он тоже запер.
Мэри прошла в центр комнаты, не сводя глаз с огромной двуспальной кровати. К каждому из четырех углов ложа были прикреплены длинные бархатные ленты.
— Снимай одежду, — скомандовал Андерс.
В его тоне отчетливо прозвучала непреклонная решимость.
Он датавизировал команду верхней осветительной панели, но она так и осталась тусклой. Дерьмо! А Мэри уже послушно раздевалась. Ладно, пусть остается полумрак, это создаст дополнительный интим.
— А теперь раздень меня, — приказал он. — Медленно.
Она начала снимать рубашку с его широких плеч, и стало заметно, как дрожат ее руки. Приятное ощущение. А нервные особы, как правило, более отзывчивы.
