— У тебя очень интересные друзья, — говорит он. На его лице та отработанная улыбка, что была в ресторане, и мне это не нравится.
— Да, они веселые. — Я указываю на его карман. — Кто звонил?
— Отец. ЧП в отеле.
— Что за ЧП?
— На этот раз какой-то идиот во время глажки прожег дырку в рубашке. И мне надо найти рубашку на замену. Надеюсь, в городе. — Он говорит так серьезно, будто разговаривает с коллегой, а не со мной.
— В городе?
— Ну, это зависит от бренда. Если у нас во всем округе нет фирменного магазина, мне приходится ехать в Сан-Франциско или еще куда-нибудь. Сначала нужно узнать куда.
— А почему вы ответственны за идиота, который испортил рубашку?
Его рука играет ключами в кармане. Это намек, что он хочет уйти?
— Потому что этот идиот наш сотрудник. Точнее, был им. Уверен, он уже уволен.
— Уволен?
Ксандеру требуется несколько секунд, чтобы понять, почему я удивлена.
— Он стоил компании важного клиента.
Дует ветерок, и прядь волос падает мне на лицо. Ксандер протягивает руку, чтобы убрать ее, но я быстро смахиваю ее сама и отхожу назад.
— Повеселись со своим ЧП.
Он смотрит вниз, на дистанцию, которую я создала между нами, и качает головой.
— Он видел твою маму? — твердо спрашивает он.
— Что? Кто?
— Парень с пирсингом.
— Мэйсон. Да, видел. — Всего один раз, мельком. Но сейчас меня не волнует, о чем подумает Ксандер. Я зла. Я считала, что он другой, но сегодняшний день доказал обратное. Мне просто хотелось, чтобы он был другим.
— Твоя мама одобряет его, а ты беспокоишься, что ей не понравлюсь я?
— Друзья Мэйсона никогда не называли меня дворняжкой. В это так трудно поверить?
— Что?
— Я слышала, как твой друг назвал меня так.
Из него вырывается единственный горький смешок.
— Так вот почему ты ушла? Тебе следовало подслушать немного больше, так как речь шла о моей рубашке. Он назвал фланель тканью для собаколовов.
Моя грудь сжимается, и я хочу извиниться, но это не единственное, что сегодня меня обеспокоило.
— Что ж, поблагодарим Бога за то, что тебе не придется надевать ее снова.
Он достает ключи.
— Пока, Кайман.
— Пока. — Я не оглядываюсь, хотя мне очень хочется. Хочется, чтобы Ксандер остановил меня. И я зла на себя за это.
Он не останавливает меня.
Я возвращаюсь в подсобку, где Генри убирает гитару в чехол, а Скай заматывает шарф вокруг шеи. Не хочу оставаться одна. У меня скручивает живот.
— Куда собираетесь?
— Генри не нравится ассортимент. — Скай указывает на столик с едой. — Мы собираемся купить нормальную еду в магазине за углом.
— Нормальная еда — это начос или несвежие хот-доги?
— Именно, — отвечает Генри.
Я аккуратно добавляю немного «Маунтин Дью» в стакан и беру «Пауэр Рейд».
— Что она делает? — Слышу я, как спрашивает Мэйсон.
Скай смеется.
— Это ее фирменный рецепт. Она все прошлое лето занималась этим экспериментом. Теперь ей известен идеальный состав содовой.
— Я должен это попробовать, — говорит Мэйсон и уходит. Продавец следует за ним. Мужчина не доверяет подросткам и всегда ходит за нами, прикрываясь рассказами о «предложении дня», чтобы мы не догадались, что он за нами наблюдает. Сейчас он рассказывает Мэйсону о скидке на вяленое мясо, а Мэйсон спрашивает, может ли тот смешать разную газировку. Я единственная, кто этим занимается. Скай выдавливает горчицу на свой хот-дог.
Я заканчиваю смешивать и делаю глоток. Идеально. Скай может издеваться надо мной сколько хочет, но этот эксперимент стоил того.
— Сколько вы готовы заплатить за рубашку? — внезапно спрашиваю я, думая о сотнях долларов, которые Ксандер потратит на замену рубашки для «важного клиента».
— Эту я купил за пятьдесят центов в «Армии Спасения», — гордо восклицает Мэйсон, указывая валяным мясом на логотип своей футболки. Продавец внимательно следит за движением мяса, как будто Мэйсон собирается вынести его в рукаве.
— Это круто даже для секонд-хенда, — говорит Скай, кивая. Она явно под впечатлением.
— Пять долларов за эти джинсы, — говорит Генри. — Хотя я был готов заплатить шесть. — Он поднимает футболку, демонстрируя нам, как выглядит его задница в этих джинсах.
Я смеюсь. Включая чрезмерно подозрительного продавца — вот какие люди мне по душе.
Мэйсон на что-то указывает, крича: «Ага!», и это заставляет меня подпрыгнуть.
— Что? — спрашиваю я.
— Вот где я его видел.
Я медленно поворачиваюсь, смотря на журнал «Старз», на который и указывает Мэйсон. На обложке в углу находится фотография Ксандера.
Наверное, мне не следовало покупать тот журнал. Я и так уже достаточно зла на Ксандера. Но я купила и теперь сижу в одиночестве на диване в гостиной, ожидая, когда мама вернется домой, и перечитываю статью еще раз. В ней лишь говорится, что «Принц Отелей» был замечен в Нью-Йорке во время открытия одного из отелей его семьи.
