– Только не говори мне, что заглянул в будущее, – Йенсен протянул ему руку. – Прощайте, мистер монстр.
– Всего наилучшего! – Гуль кивнул в сторону. – Иди, как я говорил, прямо к проходу. И ничего не бойся. После прохода там будет уже близко. Часовым ничего не доказывай, сразу зови Пилберга.
– Ну, а ты? Как ты доберешься до своих Мудрецов с такой ногой?
– Не беспокойся, мне помогут.
С сомнением покачав головой, Йенсен потоптался на месте. Потом, враз решившись, повернулся и зашагал к пещере. Некоторое время Гуль смотрел ему вслед. Мгновение, и черная нора поглотила недавнего руководителя Центра аномальных явлений. Припомнив, как это впервые случилось с ним, Гуль испытал приступ тоски. А может, и не тоска это была, а всего-навсего – легкая печаль… Он старчески вздохнул, и тотчас в мозгу теплым пятном забрезжил экран.
– Разумеется!.. Этого следовало ожидать, – Гуль ободренно встряхнулся.
– Добро пожаловать, мистер Гуль!
Он вздрогнул. Голос принадлежал Милите!..
Как ужаленный, Гуль обернулся, но никого не увидел. Это было их очередным фокусом. Они находились здесь, рядом, но показываться на глаза отчего-то не желали. Его звала и манила анонимная пустота.
Гуль растерянно посмотрел вниз. Как же идти с такой ногой? Он действительно надеялся хоть на какую-то помощь…
А в следующую секунду у него захолонуло дух. Тело потеряло вес, и подобно воздушному шару поплыло вверх, воспарив над багровой землей. Мерцающая полумгла поблекла, и голубой луч, вытянувшись по дуге, сам собой вобрал Гуля в себя, указывая путь, подпитывая тело пенной искрящейся энергией. В одно мгновение он захмелел и его ничуть не удивило, что пупырчатый желудок чудовища рассыпается в прах.
Так оно и должно было быть. Мудрецы не могли стать пленниками рептилии. Уже хотя бы по той естественной причине, что они являлись Мудрецами.
Из дуги луч неожиданно обратился в гигантскую спираль, и, ввинчиваясь в головокружительную высоту, Гуль разглядел вдруг совершенно иные картины. Он увидел, как набухают хлебные золотые колосья и лопаются от зеленой прорывающейся жизни почки, как оживают после зимнего сна медведи и как, взламывая лед, напрягает река свои тугие прозрачные мускулы. А еще через мгновение Гуль понял, что в состоянии увидеть все. Не все, что захочет, а ПРОСТО и ИМЕННО все…
