Эта баталия двигалась вверх по долине залива? Это спорно. Но факт остается фактом: отряд Калвли зашел в тыл баталии Карла де Блуа, которая и так уже была дезорганизована. Поражение франко-бретонцев стало тогда неизбежным. Баталия графа Осера, зажатая между баталиями Клиссона и Чандоса, была разбита: граф сдался в плен. Карл де Блуа и Жан де Монфор оказались в центре событий. Двоюродный брат последнего, носивший герцогский горностай, был убит, и Карл на некоторое время возомнил себя герцогом Бретани. Но очень быстро кольцо вокруг него стало сжиматься; Фруассар уверяет нас, что рядом с ним находится его внебрачный сын Жан де Блуа. Несомненно, имеет место путаница: мог ли благочестивый Карл иметь внебрачного сына? Историки, принявшие его сторону, в частности, Ла Бордери, отвергают априори и без лишних слов, эту "абсурдную и абсолютно ложную историю". Карл де Блуа был окружен, его знамя сбито; раненый, растерзанный, он упал на землю. Никто не просил его сдаться, потому что, как говорит Фруассар, англичане накануне решили его убить. Посыпались удары топоров и мечей; один солдат схватил шлем Карла, поднял его, освободил шею и вонзил свой кинжал, который вышел в пятнадцати сантиметрах за головой. Доминиканец из Нанта, Жоффруа Рабин, свидетельствовавший на процессе канонизации сказал, что он был там — что кажется странным — и что он слышал, как Ккарл кричал, умирая: "Ha, Domine Deus!"
С этого момента сражение больше не имела смысла. Это была давка. Только небольшая группа вокруг Дю Геклена продолжала сопротивление. Там происходила настоящая бойня, и туда же направился Джон Чандос. На мгновение Бертран был сбит с ног, но ему помогли Ла Уссэ и Шарль де Динан, которые, по словам Кювелье, раскололи череп шурина Чандоса. Клиссон и Бомануар также находились там. Один за другим спутники Бертрана падали от ударов англичан:
Известие о смерти Карла де Блуа усилило ярость Дю Геклена. Джон Чандос, который хотел захватить его в плен, воодушевил своих людей. Бретонец, окруженный и повергнутый, в конце концов сдался оруженосцу Чандоса. Оливье де Клиссон приказал своим людям сесть на коней, чтобы захватить как можно больше беглецов и убить тех, за кого не удалось бы взять выкуп, а на поле боя с убитых снимали доспехи и любые пригодные для продажи вещи.
С франко-бретонской стороны катастрофа была непоправимой: "Это конфуз был очень большим и очень масштабным, — говорит Фруассар, — и много людей погибло как на поле боя, так и во время бегства". Помимо Карла де Блуа, погибли Шарль де Динан и сеньоры Леон, При, Авогур, Лохьяк, Ансени, Малестрот, Кергорлей и дю Пон. Среди пленных были Дю Геклен, Оливье де Манни, графы Осер и Жуаньи, виконт Роган, графы Рошфор, Рье, Ре, Ги де Леон, Анри де Малестрот, нормандские графы Франвиль и Реневаль. Потери, по самым разумным подсчетам, составили тысячу убитых и пятнадцать сотен пленных — более половины от общего числа армии.
Когда битва закончилась, англо-бретонские командиры собрались в тени живой изгороди, где и водрузили свое знамя как место сбора войска. Они сняли свое снаряжение и освежились, передавая друг другу бутылку вина. Все они были измотаны после многочасового небывало ожесточенного боя. Они поздравляли друг друга; Жан де Монфор благодарил Джона Чандоса, говоря ему, что он обязан ему герцогством. Затем прибыл Клиссон, вернувшийся после преследования с несколькими пленными. Только тогда ему перевязали выбитый глаз. Затем были посланы два рыцаря и два герольда, чтобы найти труп Карла де Блуа. Найдя его, они накрыли его щитом, и Жан де Монфор пришел почтить его память, приказав отнести его в Гингам, для погребения францисканцами.
С тактической точки зрения, в сражении при Оре выделяются несколько особенностей: пеший бой, где эффективность лучников была очень низкой; разумное использование резервного отряда для поддержки сплоченности баталий; обходной маневр в решающий момент сражения и использование кавалерии для преследования беглецов. Все это не так уж плохо было задумано и осуществлено. Героем дня, безусловно, был Джон Чандос. Дю Геклен играл лишь второстепенную роль, героически держась на ногах, но не имея права принимать решения над всей франко-бретонской армией, которая в итоге сражалась без командира.
