В этот момент английский лагерь был потрясен известием, что король Наварры был взят в плен Оливье де Манни и доставлен в замок Борха. На самом деле это был новая уловка Карла Злого, который, пообещав свои добрые услуги обеим сторонам, стремился защитить себя от возможного неприятного сюрприза. Армия принца Уэльского находилась на его земле, вокруг его столицы, и наносила немалый урон; проиграет она или выиграет, Карл рисковал навлечь на себя гнев победителя. Договорившись о своем пленении с бретонским наемником, известным своей жестокостью, он вывел себя из игры и снял с себя всякую ответственность. Но в окружении Эдуарда это пленение сочли очень подозрительным.
Вскоре армии отправились в путь. Из Памплоны Черный принц двинулся на запад, надеясь заставить Энрике вступить в сражение до прибытия Дю Геклена. Что касается короля Кастилии, отчаявшись вновь увидеть своего герольда с ответом принца, он двинулся сначала на восток, чтобы защитить Логроно, затем, узнав, что его противник находится в направлении Сальватьерры, он выбрал северный путь, пересек Эбро в Харо и направляется к Витории, преследуемый отрядом Фельтона. Эдуард выдвинулся ему навстречу и прибыл в город Витория, 21 марта развернув свою армию в боевой порядок. Всматриваясь в горизонт, он ожидал, что кастильцы появятся в любой момент; до вечера его солдаты ждали находясь в строю. Но битва при Витории не состоялась.
Энрике остановился в нескольких километрах южнее, возле Анастро. Он узнал, что Дю Геклен находится неподалеку, и благоразумно предпочел дождаться его, прежде чем вступать в бой. Действительно, в тот вечер, пишет Фруассар, "в их армию прибыл мессир Бертран дю Геклен, с более чем 4 тысячами человек из Франции и Арагона. Король был этому очень обрадован. Он принял их с самой большой честью и самым любезным образом, как это ему и подобало". Теперь Энрике был спокоен, присутствие драгоценного бретонца гарантировало ему победу, тем более что он прибыл со значительными силами, включая Арнуля д'Одрегема, Бегу де Вильена, виконта Рокаберти и его арагонцев.
Теперь речь шла о подготовке оставшейся части кампании. Как только прибыл Дю Геклен, брат Энрике, дон Тельо, решил отправиться на разведку с другим братом, доном Санче, и шестью тысячами человек, в основном генетурами, то есть легкими всадниками на быстрых арабских лошадях, экипированных в мавританском стиле железным шлемом, круглым щитом и копьем. Не имея латных доспехов, эти всадники совершали быстрое нападение на врага и тут же отступали уходя от ответного удара.
На рассвете 22 марта, недалеко от Аречавалеты, дон Тельо застал врасплох колонну с припасами, сопровождаемую Хьюго Калвли и предназначенную для армии принца Уэльского. Генетуры атаковали с молниеносной скоростью; огибая повозки, защищаемые англичанами, они уничтожили конвой. Калвли нашел свое спасение в бегстве. Дон Тельо преследовал его и неожиданно наткнулся на едва проснувшийся лагерь английского авангарда. Пока он громил первые палатки, герцог Ланкастер с Джоном Чандосом, двумя маршалами и несколькими другими людьми, собрал несколько сотен человек и занял позицию на холме, с лучниками на флангах, чтобы отбить нападение. После удачного начала дон Тельо, решив, что дело становится слишком рискованным, отошел в кастильский лагерь.
Затем, примерно в десяти километрах от Анастро, на равнине Арментия, он наткнулся на отряд Уильяма Фельтона, которые возвращался из разведки. Хронист Айяла, принимавший участие в сражении, оценивает силы англичан в двести человек латников и столько же лучников, которые, очевидно, были легкой целью для шести тысяч кастильцев. Однако англо-гасконцы продемонстрировали эффективность и героизм. Выбрав небольшой холм, они построились в круг в две шеренги с лучниками в первой. В течение нескольких часов генетуры провели более двадцати атак, кружась вокруг защитников и бросая дротики, но не сумев прорвать круг. Чтобы закончить дело, французские, бургундские и пикардийские рыцари и оруженосцы, сопровождавшие дона Тельо, разделились и атаковали врага с разных сторон. Англо-гасконцы были разгромлены, при этом был убит Уильям Фельтон. Пятидесятипятилетний сенешаль Пуату был одним из главных помощников Черного принца. Несколькими годами ранее он обвинил Дю Геклена в преступлении, и, вероятно, поэтому Кювелье приписывает его смерть удару копьем бретонца, что, очевидно, неверно, поскольку Бертран не принимал участия в этом сражении. Томас Фельтон был взят в плен, как и несколько других английских лордов. По сей день холм, на котором произошла битва, известен как
