Версия Айялы, вероятно, является правильной. Вероятно, именно в начале ноября 1367 года была определена сумма выкупа. После этого Дю Геклен отправил гонцов в Бретань и Нормандию, чтобы попросить финансовой помощи у своих друзей и покровителей. Старая герцогиня Жанна де Пентьевр, дама Лаваль, сеньоры Роган и Бомон и другие согласились выступить в качестве поручителей за Бертрана. Первым, конечно, отреагировал Карл V: в начале декабря он согласился предоставить 30.000 дублонов, которые Дю Геклен должен был позже вернуть. По договоренности с герцогом Анжуйским эта сумма была собрана в виде налога в Лангедоке. Условия оплаты известны из письма Дю Геклена от 17 декабря в Бордо. Бертран, который все еще называет себя "герцогом Трастамарским, графом Лонгвиль, камергером короля, нашего господина", заявлял, что он все еще находится в тюрьме. Он напоминал условия соглашения: 60.000 дублонов должны быть выплачены через три месяца после его освобождения и 40.000 через три месяца, в противном случае он должен был вернуться в тюрьму в качестве заключенного. Черный принц отказался отпустить его, пока не получит достаточное количество залогов, и именно он потребовал, чтобы король обязался выплатить 30.000 дублонов, которые должны быть выплачены в Пуатье двумя частями по 15.000 каждая, через три месяца и шесть месяцев после освобождения бретонца. Дю Геклен обязался всем своим имуществом соблюдать эти обязательства. В конце концов, именно он заплатил за все, его покровители просто выступили в качестве гарантов, а король просто одолжил ему свои деньги.
Но Бертран был не тем человеком, который беспокоился о таких долгах. Будущее никогда не беспокоило его. Все, что важно в данный момент, — это быть свободным. Однако принц Уэльский сделал последнюю предосторожность: Дю Геклен должен был поклясться не брать в руки оружие до тех пор, пока не будет выплачен весь выкуп. Он принес эту клятву и 17 января 1368 года, и после девяти с половиной месяцев плена, покинул Бордо. Черный принц вскоре пожалел, что позволил гордому бретонцу так легко уехать.
Только освободившись, Дю Геклен отправился в Лангедок, чтобы встретиться с Людовиком Анжуйским, братом короля и одним из его самых горячих поклонников. Этот принц, которого Кристина Пизанская описывает как "сведущего во всем, что полагается высокому принцу, очень мудрого человека, умело говорящего красивые речи", был также очень честолюбив. Будучи герцогом Анжуйским с 1360 года, он всегда проявлял дух независимости, будь то в выборе супруги или в отказе оставаться заложником в Англии вместо своего отца короля Иоанна.
В начале 1368 года Людовик Анжуйский был занят личным и семейным делом — завоеванием Прованса. Это графство уже более века было желанным для Капетингов, и особенно для герцогов Анжуйских. История восходит к Людовику Святому, один из братьев которого, Карл Анжуйский, женился на наследнице Прованса Беатрисе. Став, не без труда, королем Неаполя и Сицилии, Карл сосредоточил свои амбиции на Средиземноморье. Его праправнучка, Иоанна I, стала королевой Неаполя в 1343 году. Беспорядки в ее королевстве оставили Прованс без защиты, что вызвало желание Капетингов присоединить его к Франции. Это графство, располагавшееся между Дофине и Лангедоком и граничащее с Италией, где находился хороший порт Марсель, могло бы завершить продвижение Капетингов к Средиземному морю, где искусственные сооружения порта Эг-Морт уже находились под угрозой заиливания.
Дурная репутация Иоанны послужила хорошим предлогом, она подозревалась в организации убийства своего первого мужа, Андрея, брата короля Венгрии. Более того, ее второй муж, Людовик Таранский, вступил в сговор с эмиссарами Эдуарда III. Уже в 1357 году король Франции подталкивал Арно де Серволя (Архипресвитера) к захвату Прованса. В 1360 году графство было еще больше взбаламучено авантюрой сиенца Джаннино Гуччио, который выдавал себя за короля Франции Иоанна I, избежавшего смерти в младенчестве. Этот самозванец, поддерживаемый английскими деньгами, нашел способ установить контроль над частью Прованса, прежде чем был заключен в тюрьму в Неаполе.
Королева Иоанна каким-то образом все же восстановила власть над Провансом, но эти события пробудили амбиции Капетингов. А теперь королева вышла замуж за бывшего короля Майорки, Хайме III, союзника англичан и одного из ключевых игроков в битве при Нахере. На этот раз чаша терпения была переполнена, и Людовик Анжуйский, назначенный своим братом Карлом V лейтенантом в Лангедоке, мог свободно переправиться на левый берег Роны, чтобы захватить Прованс, если это ему удастся. Как герцог Анжуйский, основатель второй династии этого имени, он претендовал на владение этим графством.
