Именно немцам принадлежит заслуга изменения строя истребительной авиации. Основной тактической единицей стала rotte, или пара истребителей. Они держались на расстоянии примерно 200 ярдов, и главной обязанностью ведомого было прикрывать ведущего от атак сзади. Ведущий выбирал курс своей маленькой группы и прикрывал ведомого…
Давайте посмотрим на растопыренные пальцы правой руки и представим, что солнце находится высоко слева. Средний палец – это командир звена, а указательный – его ведомый. Он должен контролировать левую полусферу. Ведомый держится ниже командира, чтобы тот мог в любой момент видеть его самолет, несмотря на солнце. Противник обычно старается атаковать со стороны солнца, значит, эту сторону следует контролировать особенно тщательно. Поэтому вторая пара летит справа от командира, но слегка выше, то есть опасную зону держат под наблюдением две пары глаз…
Когда вы летите на своем «Спитфайре» в 5 милях над землей, вы видите, что ваши крылья закрывают вам обзор вниз… Но четверка истребителей, рассредоточенная по высоте, не имеет слепых зон. Этот строй может легко маневрировать. Три пилота, следующие за командиром, контролируют свои участки неба и следят за ведущим, не вертя головой каждую секунду. В таком строю лететь довольно легко, и пилоты устают гораздо меньше, чем в колонне… Этот строй легко разделяется на основные элементы – пары, так как одиночный пилот не может самостоятельно контролировать всю сферу. Пары очень легко перестраиваются в единое звено или эскадрилью. Пилоты в таком строю чувствуют себя гораздо увереннее, так как нет замыкающего колонны, который неизбежно принимает на себя все атаки. Этот строй больше напоминает строй фронта, где у всех пилотов практически одинаковые шансы на выживание…
Следует отметить, что к концу войны строй четверки приняли истребители по всему миру…
Помимо устаревших боевых порядков мы оказались позади Люфтваффе и в таком вопросе, как методы атаки вражеских самолетов. В Колтишелле нас учили различным методам атаки, в ходе которых нам приходилось выполнять затяжные и сложные маневры, прежде чем открыть огонь по бомбардировщику. И никому не приходило в голову задать простой вопрос: «А чем будут заняты немецкие истребители, пока тянется весь этот кордебалет?»
