Меньше всего Марку хотелось куда-то ехать. Спадающее напряжение боя сделало тело каким-то вялым. Хотелось просто сесть на траву, и чтобы полчаса хотя бы никто не трогал.
Но начальство пригласило и даже прислало машину. Придется ехать. Марк махнул рукой Ульриху, дескать, "что стоишь, тоже давай лезь в машину", и взгромоздился на заднее сиденье.
В штабе царило деловое оживление, когда Марк с Ульрихом переступили порог просторной комнаты, где, собственно, этот штаб и располагался. Едва пилоты вошли, кто-то из офицеров подал знак худощавому полковнику и тот, оторвав взгляд от расположенной на столе тактической карты, повернулся к вошедшим.
Марк вскинул, было руку, но полковник упреждающе махнул рукой.
— Вы сегодня герой дня, обер-лейтенант Рудель, так что давайте без формальностей.
Полковник подошел и крепко пожал руку сначала Марку, а затем Ульриху, отчего тот, похоже, несколько смутился и даже покраснел.
— Поздравляю с первыми сбитыми.
— Благодарю, господин полковник, — Ульрих покраснел еще больше и больше напоминал старшеклассника, которому на день рождения старшие товарищи подарили пачку презервативов.
— Ваш бой с земли наблюдал сам генерал Фольке со своим штабом. Он распорядился летчиков, первыми прорвавшихся к бомбардировщикам и обеспечившим победу, представать к награде. Насколько мы поняли из радиопереговоров, это были вы, господа. Докладывайте.
Доклад Марка затянулся минут за пять. Полковник уточнял подробности, отмечая что-то в своем блокноте.
Стали подходить остальные летчики вылетавшей группы. Безумно уставшие, в мокрых от пота комбинезонах и с беспокойством в глазах о своих сбитых товарищах. Двое из пришедших были легко ранены и щеголяли свежими повязками.
Боковым зрением Марк отметил, что в помещение вошел лейтенант, который командовал звеном прикрытия.
Своей вины в том, что "лайтнинги" сходу прорвались к атакующей группе и гибели командира группы, он похоже не ощущал. На его лице играла довольная улыбка. Он тоже сбил "лайтнинг" и чувствовал себя победителем.
Марк вздохнул и высказал свою точку зрения на работу группы прикрытия. Полковник вздерну брови и отложил блокнот в сторону. Он со все возрастающим вниманием слушал Марка.
Марк почувствовал, что атмосфера в помещении как-то натянулась. Похоже, критика товарищей была здесь не в ходу.
— Значит, вы считаете действия командира группы прикрытия ошибочными? — спросил полковник, глядя Марку в глаза. Чувствовалось, что он прилагает определенные усилия, чтобы не отвести взгляд от изуродованного лица.
— Так точно, считаю, — ответил Марк. — Из-за слишком большого расстояния, группа прикрытия просто не успела перехватить "лайтнинги" и в результате командир атакующей группы был сбит в самом начале атаки.
— Моя группа сбила трех янки…, - лейтенант, о котором шла речь (Марк никак не мог вспомнить его имя), почти закричал.
Марк посмотрел в его сторону и увидел почти бордовое от ярости лицо и испепеляющий взгляд. Ну, это он как-нибудь переживет. Все-таки боевая слаженность группы в полете важнее личных амбиций. От этого часто зависит жизнь и твоя, и твоего товарища.
Полковник взмахнул рукой, прекращая агрессивный порыв лейтенанта и принял из рук связиста записку.
— Соседи потеряли три истребителя, мы — пятерых, — произнес он, прочитав записку. — Наземные войска подтвердили падение тридцати шести вражеских машин. Правда, соседи сообщают о сорока двух сбитых только ими самолетов, но их данные пока не подтверждены. В любом случае, господа, вы прекрасно выполнили задание.
Он снова подошел к Марку и вновь пожав его руку, добавил:
— Благодарю за службу Великому Рейху, обер-лейтенант Рудель.
Все это он проделал громко и почти помпезно, что Марку показалось, что полковник кому-то что-то демонстрирует. Разбираться в этом не было желания, и Марк еще раз просто ответил на рукопожатие.
За окном протарахтел мотор приземлившегося связного самолета "Шторх".
Маленький, неказистый, но крайне удачный самолет, был способен взлетать и приземляться буквально на пятачке. И обычно его использовали для оперативной связи между частями или для доставки начальства.
Прошло не более минуты, и в штаб вошел, почти вбежал довольно тучный офицер, судя по мундиру, целый генерал и его худой лейтенант, кажущийся еще более худым на фоне своего патрона.
Все вытянулись в струнку. Полковник отдал честь и шагнул навстречу.
— Господин генерал, задача по прикрытию объекта и отражению налета выполнена…
Генерал прервал доклад полковника на полуслове:
— Видел. Наблюдал все своими глазами. Молодцы! Отличившихся представить к награде.
Генерал повернулся к летчикам, столпившимся у стены.
— Полковник, представьте мне этих героев, — генерал явно выискивал кого-то глазами.
— Так точно, господин генерал. Обер-лейтенант Рудель и унтер-офицер Мецке прорвались и выбили лидирующую группу бомбардировщиков, — полковник чуть выдержал паузу, выразительно посмотрев на Марка, — и лейтенант Фольке. Прекрасно осуществлял прикрытие ударной группы.
