Марк невольно поежился. Теперь его ничего не отделяло от открытого космоса, кроме многослойной ткани летного костюма, который по случаю разгерметизации кабины автоматически загерметизировался и превратился в легкий скафандр с ресурсом жизнеобеспечения около девяти часов.
Считалось, что за это время пилота, вынужденного покинуть свою машину в открытом космосе, обнаружат по вопящему во всех диапазонах аварийному маяку и спасут.
"Да, кстати…", — спохватился Марк и заблокировал маяк. Еще не хватало, чтобы, включившись автоматически через 10 минут после покидания истребителя, он известил всю округу о присутствии Марка.
Марк щелкнул пряжкой и расстегнул ремни, связывающие его с пилотским креслом.
Легкое движение, и он медленно всплыл в невесомости над открытой кабиной своего истребителя. Марк поспешно ухватился за медленно уплывающий вниз козырек кабины и повис в нелепой позе.
Мысль, которую он принял поначалу за руководство к действию, теперь казалась бредовой.
Пятнадцать метров пустоты между ним и створками ангара расширились до пределов всего бесконечного космоса. То есть метры остались те же, но открывшаяся глазам Марка усеянная звездами пропасть заставила его нехорошо поежиться.
— Слышь, командир, — Джованни продолжал облет чужого "корабля", а у него нет двигательной установки.
"Странно", — подумал Марк, принимая более удобное положение в пространстве и перехватываясь за борт истребителя, встал, точнее, опустил ноги, на выступ снарядоприемника для пушки.
Теперь створ ворот ангара был не выше и не ниже, а так как надо. Если все получится, то он влетит прямо в ангар, а если нет, то Джо будет его отлавливать в ближайшем космосе.
Марк поудобнее оперся руками и ногами о различные части корпуса истребителя и приготовился к прыжку.
— Эй, командир, — голос Джованни, позвучавший почти шепотом, чуть не сбил весь настрой. — Ты чего удумал, командир?
Джованни закончил облет и повис недалеко и выше от истребителя Марка. Открытая кабина и Марк, стоящий на раскоряку, были у него как на ладони.
— Прыгать буду, — буркнул Марк, а ты лови, если что.
— Ну, а допрыгнешь, дальше что?
— По моему сигналу влетаешь в ангар и делаешь, что скажу.
— Ты рехнулся, Марк, — Джованни редко позволял себе такое обращение к напарнику, но сейчас в его голосе явно слышалось беспокойство. — В одиночку решил взять на абордаж такую громадину. Без оружия!
— Ну, во-первых, у меня нож есть, — успокоил его Марк, а во-вторых, нас все-таки двое. Будешь прикрывать мою задницу, и все будет в порядке. Все! Кончай разговоры, прыгать мешаешь. И не светись в воротах, а то засекут.
Марк на несколько секунд закрыл глаза, сосредоточился и, загнав страх перед звездной бездной поглубже, прыгнул. Сердце екнуло, когда после толчка родной и такой уютный истребитель поплыл назад, а громада с раскрытым зевом ангара стала наползать на него, словно наметилась его проглотить.
Прыжок получился не идеальный. Марк заметил, что его медленно, но верно разворачивает ногами вперед и боком. Быстро подтянув ноги и, сделав вращательные движения руками, сгруппировался.
Мимо проплыл правый створ ворот ангара, и Марк увидел широкую корму вражеского десантного бота типа "Камбала", занявшего свой тушей чуть ли не половину ангара. Да ангара ли!…
В этот момент его тело мягко вошло в невидимую стену силового барьера и прошло его с небольшим, но неприятным по ощущениям сопротивлением. Словно невидимый скребок прошелся по тебе одновременно и изнутри, и снаружи.
Силовой барьер вполне проницаем для материальных тел движущихся с малой скоростью, но при столкновении с пулей, метеоритом или лучом бластера, мгновенно твердеет в этом месте и разрушает постороннее тело, используя его же энергию.
Костюм мгновенно "сдулся", обнаружив за барьером наличие атмосферного давления, и через внешние микрофоны шлема до Марка докатились звуки далекой перестрелки.
Ого! — Марк не успел удивиться, когда желанный проем ангара вдруг рванулся куда-то вверх, и только резко выброшенные вперед руки рефлектора вцепились в нижний, окантованный обычным металлическим уголком створ ангарного зева и не позволили ему сорваться "вниз" в столь неожиданно возникшем гравитационном поле.
Марк висел на руках, вцепившись в металлический уголок и ощущая под ногами космическую пустоту, ругал себя последними словами.
Как можно было забыть про искусственную гравитацию! А если бы гравитационное поле начиналось бы на метр дальше от ворот? Он бы уже, пролетев вдоль всей бетонной стены этого сооружения, пробил бы собой силовой барьер изнутри и кувыркался в космосе на потеху напарнику.
"Может, я действительно ненормальный, и Джо прав?" — подумал Марк, пытаясь, насколько позволит в таком положении гермошлем, посмотреть "вниз".
"Внизу" ничего не изменилось. Те же ноги, висящие вдоль выщербленной бетонной стены и звездная пустота тремя десятками метров дальше.
"Как архангел я висю и картину вижу всю, — промелькнуло в голове не ко времени. — Ни хрена я тут не увижу, колбасу изображая".
