"Клинья" вырвались из тени, сверкнув на солнце бронированными гранями. Один из них тут же метнулся к дымящему кораблю, но решив, что с него уже хватит, красивым маневром пристроился к своему ведущему и вражеская пара ринулась навстречу Марку.
— Это они зря, — пробормотал Марк и направил свой истребитель в лобовую атаку. На дальних дистанциях снаряд, в отличие от лучевых пушек, стоявших на "клиньях", имел преимущество. В безвоздушном пространстве он не терял с расстоянием губительной мощи. Баллистический вычислитель выдал на прицел точку упреждения, и Марк, введя поправку на возможный маневр, нажал спуск. Корабль ощутимо вздрогнул и чуть потерял в скорости, когда пушка в коротком рыке выбросила в пространство очередь из двадцати снарядов.
Через полсекунды вспухшие облачка разрывов и шарахнувшиеся в разные стороны корабли противника показали, что снаряды по крайней мере накрыли цель. Но прямых попаданий не было. Это было очевидно, так как, быстро оправившись, "клинья" вернулись на боевой курс.
Пришла очередь Марка шарахаться в разные стороны, лишь бы не попасть под концентрированные пучки энергии.
На дальних дистанциях броня надежно защищала его корабль от лучевого оружия, но на близких все зависело от удачи. Могли и сразу пробить спаренным импульсом, например, в районе дюз. А случалось, что броня выдерживала десяток-другой попаданий, прежде чем развалиться.
Гравикомпенсатор добросовестно пытался погасить бешеные перегрузки, но мигающий красный сигнал пытался напомнить Марку, что его пилотаж находится у предела, предусмотренного конструкторами истребителя. Но Марку было не до него. Слава богу, что в космосе нет верха и низа, а то он под страхом смерти не смог бы определить свою ориентацию. Имеется в виду ориентация в пространстве.
Его грамотно брали в клещи более быстрые и маневренные противники. Он вертелся как мог, сбивая прицел вражеским пилотам, стрелял по мелькавшим силуэтам, считал оставшиеся снаряды и попадания по своему истребителю. Он точно не мог сказать, сколько их было, но никак не меньше пяти. Каждое из них вполне могло оказаться последним. Но он был пока жив и истребитель слушался рулей.
"Где же Джо?" — мелькнула мысль. Одновременно вертя головой, Марк пытался поймать в прицел борт чужака. И на мгновение потерял из виду второго. Удар! И изображение задней полусферы на экранах погасло.
"Внешние камеры побил, гад!" — понял Марк, выписывая истребителем немыслимую кривую и выходя из-под удара.
— Джо! Твою медь! — заорал в эфир Марк, — Меня здесь убивают!
Не успел его вопль отзвучать в его собственных ушах, как все кончилось. Наседавший сзади "клин" получил два снаряда в корму и резко отвалил в сторону. А его напарник, заходящий на Марка снизу, вдруг окутался вспышками попаданий и, выбросив в космос столб огня и обломков обшивки, потерял ход.
Но на этом его несчастья не закончились. Новая серия разрывов и пылающая рваная пробоина словно в тире пробитая сразу несколькими снарядами, довершила дело. Смертельно раненый корабль внезапно задрал нос, видимо спонтанно сработали маневровые двигатели, и взорвался, метнув в космос свои изуродованные обломки.
Марк машинально дернулся, стремясь уберечься от осколков, но вспомнил, что внутри истребителя они ему не угрожают, чертыхнулся и отыскал взглядом второго противника.
Тот на всех парах уходил к планете, то ли пытаясь скрыться на ее фоне, то ли решив войти в атмосферу и переждать опасность в ней. В любом случае он был обречен, так как уйти на скорости он уже не мог с поврежденным двигателем, а в атмосфере земные истребители справятся с ним без труда.
Истребитель Джованни завис рядом с кораблем Марка.
— Ну, как дела, командир? — прозвучал в наушниках бодрый голос напарника.
— Джо, я тебя когда-нибудь убью! — Марк сразу вспомнил все свои претензии к напарнику. — Ты что тянул резину? Попритворялся бы дохлым минут пять и хватит. Пока ты там чесался, из меня тут жаркое делали…
— Командир, — голос Джованни был удивленным и слегка обиженным, — ты воевал один ровно 23 секунды.
Настала очередь удивляться Марку. Ему-то показалось, что прошло минимум минут 15, не меньше. Воистину, время — понятие относительное. Особенно во время боя.
— Что с подранком делать будем? — голос Джованни еле продирался сквозь шум помех.
— Добивай и сразу за мной, — ответил Марк, — только не подставляйся. Похоже он не новичок.
В душе неприятно шевельнулось. Марк вздохнул. Добивать раненых ему казалось как-то не по нутру, но война есть война. Неизвестно, какие сюрпризы могут скрываться в недрах вражеского, хоть и подбитого, но, возможно, все еще боеспособного истребителя. Оставлять у себя в тылу недобитого противника чревато. Противника надо уважать, а значит опасаться.
Марк противника уважал и чем больше узнавал о гуманоидной цивилизации арну, тем больше убеждался, что с ними нужно дружить, а не воевать.
Война началась очень непонятно. Арну внезапно объявились на дальних подступах к границам Земной Федерации.
