Серж поискал, где бы ему сесть, сбросил прямо на пол со стула какую-то одежду, поставил рядом сумку и поглядел на хозяина. «Все, отработанный материал. Если сюда заладил участковый, то дело совсем дрянь, надо его выводить», – подумал Серж и достал из сумки бутылку водки, кусок колбасы, хлеб. Глаза Слюнявого оживились, заблестели в предчувствии выпивки. Он сел на табуретку, которая под ним заскрипела, закачалась, но не развалилась. Взял два стакана, протер один грязной тряпкой, когда-то бывшей полотенцем, и поставил перед гостем. Зубами открыл металлическую пробку, перевернул бутылку горлышком прямо в стакан, налил почти полный, умело не пролив, оторвал бутылку от стакана, также мастерски налил водку в свой стакан, поднял, посмотрел на свет.
– Наша или привез? – поинтересовался он.
– Привез. Ну, давай за встречу, – Куц чокнулся с хозяином, подождал, пока он выпьет до дна, отпил несколько глотков, брезгливо прикасаясь губами к краю стакана, и поставил на стол. Слюнявый отщипнул кусочек хлеба, бросил в рот и спросил:
– Ты чего заявился?
– Последние два месяца от тебя ничего нет, а деньги получаешь. Надо работать, Слюнявый! А ты, гляжу, только пьешь. Одних бутылок на сотню скопил. Где работа?
– Это я слышу от участкового: «Почему не работаешь? Почему не работаешь?» А я плевал на работу. От нее лошади дохнут, а потом из них мыло варят. Это в благодарность за работу! – выдал он видно выношенные его очумевшим мозгом мысли. – Ты кто такой, чтобы меня давить? Я честный вор! Правда, я завязал. Вот пойду опять в порт, грузить буду – туда, сюда. Катьку в день буду иметь. Контейнер раскурочим, барахлишко всегда имеем. Зато свобода! А с тобой…
– А чего ты, собственно, ерепенишься? В порту и половины иметь не бyдешь, а холку каждый день будешь натирать. Пару ночей поработал, сотню снимков сделал, печатаешь ты хорошо, и наслаждайся жизнью. Для науки стараешься, а наука – она у нас щедрая, платит тебе хорошо. Может, ты думаешь, что нелегалку какую делаешь? – Серж налил еще полстакана хозяину и сунул ему в руку. – Это все для анализа ученым, в закрытые учреждения. Чем тебе не нравится работа? Я тебя рекомендовал.
– Туфта это! В сидку меня запихнешь! Ты сам почитай, что там нацарапано в твоих листках. «Отказывайтесь служить в армии! Лучше год тюрьмы, чем всю жизнь калекой после Афгана!» «Не подчиняйтесь военкоматам! Они погубят вашу молодость!» Давай, Ангел, это бросим! – Пока он говорил, слюни летели с его губ прямо в лицо Сержу. Но тот дослушал до конца и только тогда достал платок и вытерся. Вытащил пачку «Вайсрой», сунул в рот хозяину сигарету, чиркнул зажигалкой и жестко сказал:
– Ты вот что, Слюнявый! Предупреждаю, ты не особенно кочевряжься. Ты правильно понял, что печатаешь фототексты не о передовиках производства. Все, что ты делал раньше по моему заказу – это антисоветские материалы! И они постоянно распространялись там, где надо! Так что ты активно работаешь на иностранную разведку, которая платит тебе большие деньги. Может быть, показать твои расписки? Сколько тысяч ты за это получил? Мы с тобой связаны одной веревочкой! Меня посадят, и ты загремишь за решетку. Я ясно выражаюсь?
Хозяин оторопело смотрел на Сержа, открыв рот, но ничего не мог произнести. Дважды глубоко затянулся сигаретой, плюнул на нее, загасил, стрельнул ее через плечо и, наконец, выдавил:
– Ах ты, сучила! Подлез ко мне, падла! Думаешь, и я сука? На все готов? Ты ко мне не лезь! – крикнул он. – Я могу хавиру ломануть! Контейнер почистить. Поймают – на нары кинут. Не поймают – погуляю! Это мои дела. Я себе не враг. А ты, паскуда, откель заявился? Кто тебя к нам прислал? Что ты тут у нас делаешь? – распалялся Слюнявый. – Агитацию разводишь? Да я тебя сейчас! – потянулся он рукой к Сержу, но тот резко ударил его выше кисти. Удар оказался настолько сильным, что он неожиданно завалился вместе со стулом. Поднимаясь, натуженно выкрикивал: – Пойдешь сейчас со мной! На Бебеля пойдешь! Все скажешь! Кто ты? Откуда? Все скажешь!
Серж подхватил его за ворот, помог сесть, подумал: «Какие патриоты, что Шкет, что эта сволочь!» – и засмеялся этой мысли.
– Ну и дурак же ты, Слюнявый! Я же с понтом, разыграл тебя! Ты что, Ангела Серафима не знаешь? Да я кого хошь разыграю! Ангела вся Молдаванка знает! Я перекантоваться у тебя пару дней могу? Или откажешь старому другу? Давай пузырек еще раздавим, – вытащил Серж из сумки нераспечатанную бутылку водки. – Ну, лапу, кореш! Я же свой, я как и ты в законе! Ты Митьку Бычка знаешь? Там мы с ним чалились. Пятерик имел. Я тебя просвечивал. Для дела нужен. Давай захмелимся. А эти фото мы бросим, мужика, что заказ дает, пошлем, – выругался Серж и сорвал алюминиевую пробку с бутылки. Он сунул в руку Слюнявому стакан. – Сполосни! Пепел насыпался!
