– А почему вы решили, что он сразу поехал в Москву? – спросил Барков, скорее не Лазарева, а самого себя. – Достаточно выйти тропинкой на другую сторону лесополосы, и там дорога идет к станции. Любая машина подвезет. Он уехал не в Москву, а от Москвы, где мы его совсем не ждали, а на станции сел в электричку и приехал в Москву.
– Ясно! – согласился Лазарев. – Диспут закрывается, мы его недооценили. Проверку Баркова он не мог доверить никому, кроме как самому себе, и к этому он приготовился, не то что мы, целый аппарат профессионалов. Молодец Икс! Благодарим за урок! – явно рассердился Лазарев, но, видно, на самого себя, а не на своих сотрудников, потому что организацию контроля за Избой он взял на себя. – Пошли по местам!
Раздался телефонный звонок, Лазарев снял трубку, послушал и коротко бросил:
– Хорошо! Спасибо! – и пристально оглядел своих сотрудников. – Серж звонил на «почтовый ящик», ему передали: «Вариант семь». Что это такое, по-вашему?
– Инструкция на какие-то новые действия по обусловленному варианту семь, – сказал Самарин.
Лазарев рассмеялся и покачал головой.
– Наверно двоечник был в нашей школе, – поддел он Самарина своим излюбленным приемом, который знали все в отделе, и иногда даже сами подшучивали друг над другом, используя в этом лазаревские выражения.
– Лучше бредовая идея, чем никакой, – проворчал Самарин.
– Следите за Сержем в оба! Тогда и будете знать, что такое «вариант семь», – отрезал Лазарев и быстро покинул зал.
…На третий день после посещения Избы Серж вышел из дома, на плече у него висел фотоаппарат. Предыдущие два дня он никуда не выходил, кроме как в магазин за хлебом, продуктами и снова скрывался в своей квартире. Такое поведение Куца в какой-то мере подтверждало предположение Лазарева, что в Избе Баркова снимали и сейчас заслали его фотографию на Запад. Поэтому ждать контакта с Сержем не имело смысла, он на контакт с Барковым пока не пойдет, но тогда зачем «вариант семь»?
Тем временем Серж поймал машину и доехав до площади Маяковского, вышел. Неторопливой походкой скучающего человека он двинулся вниз к центру. Тут он несколько оживился, расчехлил фотокамеру и принялся фотографировать, казалось бы, все подряд: памятники, дома, киоски, и пока дошел до Института, защелкал всю кассету. Здесь он перезарядил аппарат, поймал такси и поехал на ВДНХ, покрутился у входа, поснимал, что подвернулось под руку, вошел на территорию, сделал несколько снимков людей, входящих на выставку, походил среди павильонов, и пока не закончил снимать – не успокоился.
– Прямо какой-то фотозуд напал на него, – прокомментировал Лазарев, когда ему доложили о действиях Куца. – Он всегда так проводит выходные дни? Как Господь: шесть дней творит, на седьмой отдыхает. «А на седьмой… «Седьмой вариант». Встреча была в четверг, а на седьмой – воскресенье. А что же в воскресенье? Увлечение фотографией? Мистика!» – полковник набрал номер телефона.
– Хорошо, что ты дома. Прокомментируй такую ситуацию. В четверг вы были в Избе, потом появился «седьмой вариант». В воскресенье он взял фотокамеру и стал сумбурно снимать на улице Горького, потом на ВДНХ, вроде бы что попало, целых две кассеты. Так седьмой день недели и окончился.
– Как говорил один юморист: «Спасибо, дама, за подсказ!» Задание выполнялось на седьмой день недели, а вариант – это фотосъемка. Кого – не знаю!
– Я знаю. Есть такой прием проверки – нет ли слежки. Кажется, идея принадлежит французам. Серж ходит по строго избранному маршруту и по выбранному участку и снимает людей, которые идут позади него или Икса. Потом сам ходит по избранному пути и, вероятно, Икс снимает тех, кто ходит позади Сержа. Меняется район, и снова снимают, как Серж – ул. Горького – ВДНХ. Потом пленки проявляются и начинается печатание снимков. Если одно и то же лицо окажется дважды на фото, то их дело плохо, они под «колпаком». А наше – совсем швах!
– Тогда они могли наших людей проявить. А если предположить, что таким методом они и раньше искали за собой слежку, то фотографии можно сличать и старые, и новые.
– Хитрые и осторожные, как звери. Пожалуй, мы воспользуемся их методом, посмотрим, нет ли за тобой «хвоста». Так что погуляй с Катей или один, а мы поснимаем скрытой камерой на отдельных этапах твое сопровождение. Чем черт не шутит, может и зацепимся за кого-нибудь.
Через три дня рано утром в дверь квартиры Баркова позвонили. Алексей мгновенно вскочил, забросил на антресоли раскладушку, кинув Екатерине на кровать простыни и подушку и, притворно зевая и потягиваясь, ворча что-то себе под нос, пошел к двери. Он заглянул в глазок и засмеялся: за дверью стоял Лазарев. Барков открыл дверь и приглашающим жестом пропустил его в прихожую.
– Доброе утро! – сказал Алексей Иванович, запахивая и подвязывая поясом халат.
