– Что я сотрудник госбезопасности – ей это известно от моего брата и профессора Дорохина. Я же не подозревал, что женщина, о которой вы мне сказали накануне, связанная с Альпером, это и есть Елена Васильевна. А когда я уже был там и увидел эти иконы, да еще она стала рассказывать про радиоактивность, я понял, где я нахожусь. Так вот, в клинике у Дорохина мы говорили о всякой ерунде, а все остальное было экспромтом по ходу событий. Самое важное: я спросил ее, знает ли ученый-химик, ее родственник, об открытии. Она засмеялась и говорит, что он акула, таким нельзя даже башмак показывать, отхватят ногу. Как к ней попадают эти иконы? Их поставляет Серж с целью последующей продажи иностранцам, такая версия. На самом деле Серж требует от Альпера физико-химической экспертизы, а такую экспертизу, как думал Альпер, может сделать Рябов, доктор химических наук, а фактически по его просьбе делала в его оснащенной лаборатории Елена Васильевна. Вначале она не обратила внимания на радиоактивные элементы в красках, да и посчитала, что так может быть. Поэтому она предоставляла Рябову результаты исследований и там указывала уровень радиоактивности. Дальше она уже с этими иконами дела не имела, а Альпер, не ставя ее в известность, тихо сочинял к ним справки, что они художественной ценности не имеют, и кто-то спокойно их увозил за рубеж. Любой турист мог это сделать.
– Понятно! Потом достаточно разложить карту района, где эти иконы покупались, и для специалистов не требуется объяснений. Затем Елена Васильевна, руководствуясь собственными мотивами, перекрыла источник информации. А «молчаливые» иконы Сержу были не нужны.
– Да! И он их бросал Альперу, а тот в свою очередь хотел облагоденствовать Рябова, делал ему подарки иконами, вызывая у последнего скрежет зубов, так как он был равнодушен к такой живописи и считал, что за подобную экспертизу следует ему платить в два раза больше. Однажды он хотел все эти иконы выбросить на свалку, но тут Елена Васильевна подвернулась и стала обладательницей этой прекрасной коллекции.
– Откуда тебе известно, что Серж бросал эти иконы Альперу?
– Я подумал на основании слов Елены Васильены, что заказчик делал ему подарки иконами. Она же Сержа не знает, а тот платил за экспертизу и липовые справки солидные деньги. Альпер же переправлял Рябову эти иконы в подарок и, естественно, гонорар, который не устраивал ученого-химика, хотя всю работу выполняла Елена Васильевна.
– Понятно! Выходит, Елена Васильевна оборвала им информацию и фактически, не подозревая этого, дезинформировала их, сведя на нет все усилия по радиационному контролю за северным районом страны.
– Насчет сплетен об Альпере и Елене Васильевне. Она действительно ездила с Альпером в Сочи в известное нам время. Но там он её бросил, как сама она определила поведение своего начальника, и два дня где-то пропадал. По ее предположениям, у него там есть женщина. Зачем он брал ее с собой, она объяснить не может, хотя он выдвинул веский предлог, там предстояла, якобы, важная экспертиза, а на самом деле – никакой экспертизы и даже намека. Когда Елена Васильевна высказала мысль, что хотела бы вернуться в Москву самолетом, он очень обрадовался и сумел достать ей билет на утренний самолет. Своей женской логикой она пришла к выводу, что Альпер показал ее той даме, чтобы вызвать ревность. А когда они помирились, то с радостью избавился от Елены Васильевны. Таковы версии и факты.
– Такова сказка! – не согласился сразу Лазарев. – Сказка – ложь, да в ней намек. Не почуяла ли она твоего интереса к Альперу, к Рябову и вообще ко всей этой иконной эпопее?
– А кто ее тянул за язык по поводу радиоактивности? Ну посмотрел человек иконы, это же элементарное любопытство.
– Любопытство кого? Ей же известно, что ты из КГБ, а если она как-то в этом деле, то лучше придать этому откровенную видимость. Хотя информация ее для нас очень ценная. Мне не нравится Серж.
– А почему он вам должен нравиться? – улыбнулся Барков.
– А потому, что нет действий, пассивен, а отсюда и мы топчемся на месте или идем постфактум. Он ведет нас, а не мы ему навязываем действия. Мне думается, он уже «наскреб» несколько статей уголовного кодекса.
– А что бы вы хотели ему предъявить без натяжек?
