— Это уже не важно. Это, — он кончиком своего топора указал на возвышающуюся над городом колокольню. — Ничего не меняет. К добру или к худу, но сегодня мы захватим Стальгород.
— Вы слышали вождя, — возвысил голос Ондмар Стародуб. — Захватим город! Соберем добычу!
— Осмелились забрать нашу сталь. Теперь наша очередь!
— Трусливые собаки!
— Кровью расплатимся! Кровью и взыщем!
Можно многое сказать про жителей севера, но сдержанность определённо никогда не была почитаемой в их местах добродетелью. Мгновение, и они все как один воспылали жаждой битвы, и даже Ингварр Пешеход расправил плечи плотника и стал словно бы ещё выше, стал воином, и кричал что-то вместе со всеми.
Новый удар колокола, новая волна пронеслась по дрожащему в такт городу.
— Ворлинги! — крикнул Эйрик, и голос его звучал как никогда уверенно и твёрдо. — За смертью и славой! За мной!
И повинуясь единому порыву, сам не осознавая до конца почему и зачем, Риг ударил в свои щит, но не один, а вместе со всеми, словно одна и та же мысль пришла им в головы одновременно. Ударили по щитам и кольчугам, а после двинулись за Эйриком, все как один, общей душой. На каждый новый удар колокола они отвечали своим ударом. И пускай от грома их щитов не дрожала стальная земля, но Риг знал, что дрожали сердца за закрытыми дверьми и ставнями.
Его же сердце впервые в жизни не дрожало вовсе. Было что-то пьянящее в этом движении вперёд, плечом к плечу с другими воинами, в мерном топоте их по металлу, в тяжёлом дыхании, в звоне кольчуги и лязге топоров. Душа Рига просила битвы, и боги, в своей вечной глумливой жестокости, исполнили это желание сполна.
У Рига никогда не было проблем со счётом, но количество врагов, встретивших их у Недвижимых Врат, он посчитать затруднялся. Единый, практический монолитный строй щитов, при их приближении разом ощетинившийся копьями, а за ними — сплошная краснота, в которой невозможно было понять, где заканчивался кафтан одного дружинника, и начинался у другого. Позади же их непоколебимого строя гарцевал на коне десятник, вроде и взрослый, но лицом нагой абсолютно, словно юнец. Этот времени на разговоры не тратил, сразу же начал выкрикивать своим людям команды, и те неспешным, но тем же идеальным строем двинулись на отряд ворлингов.
— Стена щитов! — скомандовал Эйрик, и сам вышел вперёд, выставив свой щит навстречу противнику. Ондмар Стародуб присоединился к нему через мгновение, краем своего щита прикрыл край щита предводителя. По другую руку встал Трёшка, а после присоединились и остальные ворлинги. Безземельный Король, как и двое его рыцарей, встали на левом фланге, а Рига брат подтолкнул к флангу правому. Справа от него встал одноглазый Йоран Младший с ухмылкой на половину лица.
— Что, малой, наконец твой первый раз? — спросил он Рига, хотя и сам был не сильно-то и старше. — Не дрожи, всё хорошо будет. Немножко больно, немножко крови, а потом тебе может даже понравится.
Он засмеялся собственной грязной шуточке, и Риг хотел бы сказать ему в ответ что-то остроумное, да только ничего в голову не шло. В голове было вообще довольно пусто.
В итоге строй ворлингов едва смог покрыть всю широкую улицу, позади них остались лишь Бешеный Нос и Дэгни Плетунья, с луками. Улица вдруг сделалась очень маленькой, удушающе тесной. Ночной холод пробирал до костей. Риг невольно шмыгнул носом.
— Щит не роняй, — ободряюще толкнул в плечо Кнут. — И не рискуй понапрасну, не бей, если не уверен. Самому уцелеть важнее, чем кого-то на той стороне цапнуть, а в строю остаться — важнее вообще всего на свете.
— А не умирать?
— Если строй удержишь, то это прилагается. Как бы ни было плохо, пока ты не побежал, ты в безопасности. Понял? Ты в безопасности. Побежишь — умрёшь, в спину удар получишь. Понял?
— Понял, — выдохнул Риг.
Не бежать, иначе умрёшь. Держать щит. Не бежать.
Держать щит.
Не бежать.
Посмотрев на старшего брата, Риг заметил, что и тот спокойным не выглядит, дышит напряжённо, и видно, что боится. Никогда его Риг таким раньше не видел, даже к испытанию на меже подходил старший брат спокойно и уверенно. Видимо, даже Кнут Белый может осознать свою смертность.
— Нормально всё, — сказал уже более серьёзный Йоран, не глядя на Рига и не сводя взгляда с приближающегося строя дружинников. — Все в первый раз боятся, да и потом тоже, пока ждать надо. Это нормально. А когда начнётся — бояться времени уже не будет.
— И ты боялся?
— Нет, — ухмыльнулся он. — Но я на всю голову дурной, на меня смотреть не надо.
Солдаты противника прошли половину расстояния, когда вдруг внезапно остановились. Было это столь неожиданно, что Ригу на мгновение показалось, будто замер сам мир — настолько он успел привыкнуть к их мерному, неотвратимому движению. А потом гарцевавший позади строя десятник поднял вверх правую руку, и Риг увидел людей на стальной стене, над воротами, успел насчитать шестерых.
— Поднять щиты! — крикнул Эйрик.
