• укрепление в обществе стереотипов толерантного отношения к коррупции;
• поражение коррупцией как органов государственной власти, так и органов местного самоуправления;
• слабость институтов гражданского общества. Средства массовой информации, зачастую зависящие от владельцев и органов государственной власти, избегают освещения этих проблем[184].
В Концепции была особо отмечена сложность коррупционной ситуации в органах судебной власти. «Именно на стадии обращения в суд и при рассмотрении судебных дел фиксируются многочисленные злоупотребления и нарушения. За годы деятельности Высшего совета юстиции[185] президент Украины и Верховная Рада Украины поддержали его предложения об освобождении от должности более 70 судей за нарушение присяги и 12 судей в связи со вступлением в законную силу обвинительного приговора суда за взяточничество»[186].
К сожалению, многообразие программных документов еще не является гарантией эффективной судебной реформы, и ситуация в Украине является весьма убедительным примером. При всем мощном реформаторском потенциале В. Ющенко, отсутствие политического консенсуса в высших органах власти в период его пребывания на посту президента крайне отрицательно отразилось на национальной судебной реформе. Заложником политических баталий стали законопроекты, которым предназначалась роль нормативной основы трансформации украинской судебной системы. Проекты законов о судоустройстве и статусе судей были внесены в Верховную Раду президентом Украины в конце 2006 года и приняты в первом чтении спустя четыре месяца; примечательно, что представлявшая в тот период парламентское меньшинство пропрезидентская фракция уклонилась от участия в голосовании. Принятые в первом чтении законопроекты были направлены в профильный парламентский комитет на переработку, где были соединены воедино и рекомендованы комитетом к принятию во втором чтении. Но против законопроекта резко высказался Председатель Верховного Суда Украины (по странному совпадению, до вступления в должность являвшийся одним из лидеров блока Юлии Тимошенко), заявивший, что законопроект является неприемлемым по следующим причинам:
• сомнения в легитимности принятия двух изначально внесенных законопроектов в первом чтении;
• предложение сократить число судей Верховного суда Украины до 16, а также упразднить кассационную юрисдикцию ВС по гражданским и уголовным делам (ввиду предлагаемого учреждения Высшего гражданского и Высшего уголовного судов);
• ряд предлагаемых нововведений вызвали сомнения в их конституционности (например, назначение председателей и заместителей председателей судов президентом Украины по рекомендации Высшего совета юстиции);
• по сравнению с первоначальной редакцией двух законопроектов, в объединенном варианте усматривалась тенденция заметного усиления полномочий президента Украины и Высшего совета юстиции в сфере кадровых вопросов органов судебной власти.
Несмотря на неоднократное включение в повестку дня, принять закон не удавалось в течение нескольких лет. Это произошло лишь 7 июля 2010 года.
Многообразию программных документов реформы сопутствовало многообразие органов, ею ведавших. Первым специализированным органом, ответственным за проведение судебной реформы, стал Координационный совет по судебной и правовой реформе, учрежденный президентом Украины в октябре 1997 года. В его состав вошли должностные лица высших судов страны и руководители нескольких образовательных учреждений. По мнению украинских экспертов, с учетом высоких постов, которые занимали члены Координационного совета, этот орган по умолчанию не мог стать эффективным. Через три года он был распущен, не оставив заметных результатов своей деятельности. Вышеупомянутая Национальная комиссия по усилению демократии и созданию правового государства, образованная в 2005 году, оказалась существенно более эффективной структурой. Помимо этого, в Кабинете министров Украины за судебную реформу отвечал министр юстиции, а в Верховной Раде имелся специализированный комитет по судебной власти. К сожалению, обилие ответственных за судебную реформу никак не способствовало ее интенсификации.
Проводившиеся на пике реформ (лето 2007 года) опросы общественного мнения продемонстрировали малоутешительные результаты: лишь 51 % респондентов верили в то, что недостатки национальной судебной системы могут быть устранены или хотя бы минимизированы в ходе судебной реформы. 34 % опрошенных на этот вопрос ответить не смогли. 44 % опрошенных вообще не слышали о судебной реформе в Украине, 37 % не знали о ней практически ничего и лишь 10 % полагали, что они в курсе происходящего[187]. Таким образом, лишь чуть более половины населения была в курсе проводившейся реформы судебной системы, в то время как почти 50 % жителей Украины либо вообще не интересовались этим вопросом, либо слабо в нем разбирались.
