«Возглавлял контрнаступление при явном поощрении генсека Н. Тихонов. В кильватере за ним следовали В. Гришин, Г. Романов, В. Долгих, М. Зимянин. Отдавая себе отчет в незавидном здоровье Константина Устиновича, эта когорта стремилась избавиться от андроповских питомцев как можно скорее, чтобы расчистить плацдарм для будущей решающей схватки – борьбы за пост следующего генсека. Однако у этого отряда верных брежневцев была проблема с командованием. Черненко, не раз вызывавший Горбачева для „решительного разговора“, как правило, пасовал, лишь только тот предлагал рассмотреть претензии к нему на заседании Политбюро. Окончательно же первый антигорбачевский „мини-путч“ подавил своим авторитетом Д. Устинов. На правах старшего члена пресловутого „узкого круга“ он, узнав об очередной попытке отстранить Горбачева от ведения секретариатов, зашел к генсеку для персональной беседы и потом сообщил Михаилу Сергеевичу, что „вопрос урегулирован“», – писал работавший в международном отделе ЦК А. С. Грачев, ставший позже пресс-секретарем Михаила Горбачева[302]. Таким образом, к середине 1980-х годов Дмитрий Устинов стал едва ли не главным «серым кардиналом» советской внутренней политики. На протяжении нескольких лет его голос оказывался решающим при выборе новых генеральный секретарей. Он же поддержал Михаила Горбачева в ЦК, когда тот, оставшись без поддержки Андропова, чуть не потерял свое положение в ЦК. Однако вряд ли политические интриги были целью министра обороны, скорее он использовал свое влияние для того, чтобы поддерживать стабильность, столь необходимую для интенсивного развития «оборонки». И это у него отлично получилось.
Никто не мог ограничить рост подконтрольной Устинову империи ВПК или перечить ему в вопросах военного строительства. Однако этот триумф оказался недолгим – уже осенью 1984 года, когда Черненко стал совсем плох, внезапно для всех в больнице оказался и сам «железный нарком» Дмитрий Устинов.
<p>Глава 10</p><p>Стремительное угасание: последние месяцы «железного наркома»</p>Во второй половине 1970-х – первой половине 1980-х годов солидный возраст Дмитрия Устинова все чаще давал о себе знать. Маршал тяжело переживал смерть жены, скончавшейся в 1975 году, перенес две операции по поводу злокачественной опухоли, инфаркт миокарда, урологическую операцию[303]. Но, как ни удивительно, все без исключения современники отмечали, что на его работоспособности это никак не сказалось – он продолжал приезжать на работу к 8 утра и уезжать домой за полночь, регулярно появлялся и выступал на протокольных мероприятиях, посещал предприятия ВПК и военные части, где проводил многочасовые совещания, присутствовал на учениях. Все это сделало его стремительное угасание внезапным для ближайшего окружения.
С 5 по 14 сентября 1984 года на территории Чехословакии проводились общевойсковые учения стран Варшавского договора «Щит–84», которые посетил министр обороны СССР маршал Устинов. Как вспоминал его помощник Игорь Илларионов, маршал много выступал, несмотря на плохую погоду. А после вместе с другими министрами обороны стран ОВД отправился на банкет.
«После митинга всех повезли в горы, где в резиденции на открытой террасе устроили банкет. Дул холодный ветер, и Дмитрий Федорович простыл. А ко всему прочему с начала и до конца шло целование, и кто-то подкинул ему грипп, причем какой-то злой. Проходило все тяжело, но Дмитрий Федорович выкарабкался», – рассказывал Илларионов[304].
Министр обороны СССР маршал Советского Союза Д. Ф. Устинов на встрече с генеральным секретарем Социалистической единой партии Германии Эрихом Хоннекером. 28 июня 1984. [Из открытых источников]
