Опыт хрущевской военной реформы, пусть и далеко не самой удачной в отечественной истории, не идет ни в какое сравнение с попытками реформировать вооруженные силы после развала СССР, едва не погубившими армию. В период «шоковой терапии», который переживала страна в 1990-е годы, содержать многомиллионную армию, расквартированную в том числе и за рубежом, Россия уже не могла. Помимо этого, смена политического строя и завершение холодной войны также способствовали проведению реформы. В этих условиях было решено начать сокращение численности ВС РФ с частичным переводом службы на контрактную основу. Однако на деле эти планы оказались неосуществимыми. Вывод войск из-за рубежа, проводившийся в срочном порядке, был настолько непродуманным, что первые вернувшиеся в страну части расквартировывали в чистом поле. Сокращение численности войск также стало проблемой, потому что уменьшение военных расходов шло опережающими темпами, и у Минобороны не было возможности обеспечить увольняемых офицеров положенными им выплатами и жильем. Со временем офицеры сами, в буквальном смысле, побежали из армии. Задержка в выплатах зарплат стала причиной массового увольнения даже тех офицеров, которые не подлежали сокращению. Не ладилось и с набором контрактников, так как военное ведомство не могло предложить им ни хороших зарплат, ни значимых льгот во время службы и после увольнения с нее. С 1993 по 2000 год численность Вооруженных сил России сократилась с 2,341 млн человек до 1,2 млн человек[258]. Почти те самые хрущевские «миллион двести».
Нехватка финансирования сказывалась не только на личном составе, но и на военной промышленности. Новые разработки почти не поступали на вооружение, и армия, как и после революции 1917 года, вынуждена была довольствоваться устаревающими оружием и техникой, доставшимися в наследство от погибшей империи. В результате вооруженные силы оказались в тяжелейшем положении, а военная безопасность страны была подорвана, и события в Чечне стали тому доказательством. Изменилось и отношение общества к армии. Уважение сменилось скепсисом и недоверием, военная служба потеряла какой-либо престиж в глазах молодого поколения. Армия стала считаться чуть ли не последним пристанищем для тех, кто так и не смог найти себя в новой жизни. Большинство сокращенных военных специалистов остались без какой-либо социальной поддержки. На фоне массовой безработицы и нищеты многие из них подались в расплодившиеся в то время криминальные структуры, что только усугубило социальный кризис.
