Писал платье женщины. Приходила Саша Ковалевская, теперь почти старушка, беззубая, в богадельне[1879]. Заходила Христина с дочкой. Вечером приглашен Сологубом на Вас[ильевский] остр[ов]. У них только Тявочка — она же Розовое говно (О.А. С[удейкина]) — с какой-то молодой подругой. Говорили о революции нашей и франц[узской]. О России, о большев[иках], о литературе и театре.
А[настасия] Н[иколаевна] пишет книгу о женщине XVIII века. Они стремятся уехать из России. Возвратился под дождем.
30 [апреля], среда Долго работал.[1880] Во время обеда приехала из Ц[арского] Женя. Я был с нею очень нежен — мне ее так жаль — хочу навсегда быть с нею милым и ласковым. Она много говорила о Саше. Проводил ее до бывшей ее квартиры. Вечером в Д[оме] иск[усств] музыка. Фишер: сюита, пьеса. Пахельбель. Bach: фуга из «Kunst der Fuge»[1881] и passacaglia — органное перелож[ение] д’Альбера.
Все это играла А.Д. Бушен. Потом 3 дуэта Мендельсона пели Тер-Даниэлян и Непорент. Много народу. Видел вернувшегося из Смол[енской] губ[ернии] Верейского[1882]. С нами была В.С. Клочанова. Возвращались под дождем; когда он прошел, стали палить и пускать ракеты. Mme Абельман чуть не умерла со страху, думала что взаправду стреляют. Это по случаю наступающего 1-го мая.
Ночью читал «Liqueurs et parfums»[1883] — глупую, невероятную, неправдоподобную похабщину.
1 мая, суббота
Работал с 12-ти до половины 8-го и кончил картину. Она мне не нравится. Заходившему Н.П. Ряб[ушинскому] она настолько понравилась, что он долго уговаривал меня ее ему уступить и предлаг[ал] 50 [тысяч]. Он принес мне Голицына и Princesse Moustache[1884] на хр[анение]. Вечером заходили Элькан и А.М. Абельм[ан].
Им картина очень понравилась. Эл[ькан] все-таки пользуется данным ему мной правом не брать картину с радугой и устраивает ее Грусу[1885] за 70 т[ысяч]. После их ухода около 11-ти, пошел на Англ[ийскую] набер[ежную] к Ник[олаевскому] мосту. Постоял на мосту в невеселой толпе, ожидавшей фейерверка; видел одинокие ракеты и медленно падающие звезды. Фейерверка большого не догляделся и ушел домой, было пасмурно, и стал накрапывать дождь. Читал глупейшую книгу «Liqueurs et parfums»[1886] до часу ночи.
2 мая
Не работал. Ходил к М[арии] Степ[ановне] Нурок за книгами: «Webster and Tourneur»[1887] и взял еще «Volupté»[1888] St-Beuve’a и «Extravagants et originaux du XVII s[iècle]»[1889] P. Musset. Потом ходил к Хайкину смотреть его новые приобретения, болтал с ним угощаясь. Чудесн[ый] cherry brandy Heering’a. Вечером в театре «Псковитянка» с Шаляпиным, который был великолепен. Пели кроме него Коваленко[1890] и Журавленко-Попова[1891], Журавленко[1892] и Артамонов[1893]. Купер — дирижер. Музыка скучновата. Был с Абельманами и Эльканом, к которым пошел потом пить чай. Дома еще ругался с Анютой из-за ее несправедливых упреков в моем невнимании к ней. Говор[ят], из-за Фин[ляндии] завтра будет объявлено военное положение.
3 мая, понед[ельник]
С двумя ящиками поехал на траме в Эрмитаж за фарфором. Кстати, вышел декрет, по которому все, что у тебя на кв[артире], принадлежит тебе и реквиз[иции] не подлежит. Бушен и сторожа мне помогали укладывать. Видел Шуру и получил от него пропуск на «Алексея»[1894]. За мной зашел Женька. По счастливой случайности, когда мы выходили с ящиком, выходили из Эрм[итажа] и супруги Мацулевичи[1895] и предложили мне везти мой фарфор на ихней детской колясочке, которую я при их помощи вез до площ[ади] Мих[аила] Архангела, на которой они живут.
Устал, пил чай, распаковывал и расставлял фарфор.[1896] Пригласил вечер[ом] Верейского и Келлера.
Вечером у меня скучноватые А.П. Келлер и Г.С. Верейский, потом Элькан и Хайкин (для свидания с Верейск[им], которому он хочет заказать свой портрет), тоже мне надоевшие.
4 мая, вторник
Днем ничего не делал.[1897] Рассматрив[ал] книгу о датской живописи, изд[анную] в Копенгагене. Какое великолепное у них прошлое![1898] Что за простота и добротность! Восхитительные портретисты XVIII и XIX века. И genre[1899] XIX века прост, не слащав. Пел, по совету Анюты поставив голос глубже. И он стал звучать лучше.
Вечером в ложе с Абельманшами, Эльканом, Андрюшей, Нотгафтом и Женькой в Мих[айловском] театре. «Соломенная шляпка» Лабиша. Играли: Плансон, Железнова[1900], Домашева[1901], Тиме[1902]; К. Яковлев[1903], Горин-Горяйнов[1904], Любош[1905], Шаповаленко[1906], Аполлонский[1907]. С танцами и куплетами. Мило и весело. Mme А[бельман] принесла мне бутерброды с творожным сыром и занимала меня до утомления — в ложе и по дороге домой — пересказом лекции Кони[1908] о Толстом и Тургеневе и разговорами, в которых выявляла свою красивую душу. Вернувшись домой, пил чай с молоком и съел крутое яйцо с хл[ебом] и маслом.
5 мая, среда
