Там Рылов, Анна Петровна, Белкин и Нерадовский. Обсуждали дела и назначали имена еще худ[ожников], кот[орые] будут баллотир[оваться] во вторник на общ[ем] собрании. Из Москвы ответа еще нет. Смотрел у В[оинова] чудесную сюиту офортов Canal’a и Dom[enico] Tiepolo. В 10 ушел к Варюше, у кот[орой] была знаменитая Софья Ивановна, лезбианка и поклонница-ученица Назарова. Много болтали, скорее забавно, но психопатка она несомненная. Все остальные, кроме А[нюты] и меня, хлопали ушами — наша тема была недоступна Варюше и ее домашним. Вернулся около часу. I had a[3406] <…>[3407].
4 [октября], четверг
До 3-х работал над nature morte и кончил его. Заходил Платер советоваться: продает свою кол[лекцию] рис[унков] каким-то иност[ранцам] за 1750 ф[унтов]. Оказывается, и Яремич, но это — глубочайшая тайна.
Написал Мифу открытку, что у него 183 доллара. А[нюта] с Тосей уехали в Царское. После обеда понес осеннее пальто и кое-что из белья С.В. Лебедеву для передачи Мефодию. От них к Женьке — ночевать. За чаем он прочел мне вслух из ист[ории] фр[анцузской] литературы о Janin’е, St-Beuve’е и Villemain’е, а я рассматривал «L’été à Paris»[3408] Janin’а с грав[юрами] Lami.
5 окт[ября], пятница
Встал, напился чаю, купил А[нюте] рябчика у пришедшей к Женьке женщины и отправился домой. Не работал. Составлял лак. Набивал холст на подрамник, пришла Варюша и долго сидела у меня в комнате, до приезда А[нюты] из Царского. Было очень скучно слушать ее рассказы, как она ни мила. Приходил худ[ожник] Божерянов, предлагал мне портретный заказ какой-то еврейки.
Я сказал, что сейчас не могу решить из-за Америки. После обеда пошел к Серебряковой; у чаю вернулся. Опять набивал холст на подрамник. Написал Мифу письмо.
6 окт[ября], суббота
Утром пел. Около 2-х стал переводить на холст рис[унок] радуги для Мазуса. Днем приходила Евг[ения] Павловна. Вечером дома. Читал «Joseph Balsamo» и «Les scrupules de Sganarelle»[3409].
7 окт[ября], воскр[есенье]
Пел Бетховена песни. Начал масл[яными] кр[асками] писать картинку.
До 6-ти часов всю ее покрыл первым слоем. В 8 часов с А[нютой] поехал к Жене-Тосе под дождем. Женька лежал в постели, и мы пили чай у его постели. Я лежал на другой, А[нюта] — с ним и дремала. В 11 ушел домой. Прочел 3 главы «Balsamo».
8 окт[ября], понед[ельник]
Не работал. Пошел в Сорабис. К 2-м вернулся. Пили настоящий кофе. Пел Бетховена. Около 5-ти пришел В.В. фон Мекк, и моя судьба решилась — еду в Америку.
Анюта была страшно огорчена, плакала, и мне было больно и грустно. Вечером пришли Степановы: Хр[истина], Лексик и Женечка. Было весело, шутили, а мне было все время грустно и тревожно. Рано лег спать. От волнения и бесконечных мыслей долго не мог заснуть.
9 окт[ября]
Работал мал[енькую] кар[тинку] с радугой для Мазуса. Брал ванну среди дня.
После обеда ездил на собрание художников у Кустодиева. Собралось 19 человек.
Баллотировались еще художники для выставки в Америке. Разбирались другие вопросы. Пили чай вчетвером: я, Кустод[иев], Мекк и Чехонин, последний говорил о произв[одстве] фарфора и о св[оих] намерениях ехать в Америку. Кустодиев показывал милые статуэтки, кот[орые] он сд[елал] для Фарфор[ового] завода.
Я передал Мекку 25 ф[унтов] и 165 д[олларов] для перевода в Америку. Вернулся к 12-ти домой пешком в чудесную сухую погоду. Спал лучше, чем предыд[ущую] ночь. Написал Мифу об отъезде в Америку.
10 окт[ября], среда
Работал. Около 5-ти пришел Ив[ан] Алекс[андрович] Фомин за книгой «Le livre de la M[arquise]»[3410], котор[ую] я жертвую в лотерею на памятник Тартакову.
Принес мне статью о св[оих] офортах с лестной для меня дедикасой. Просил пропагандировать его в Америке. Смотрел мои вещи и пришел от них в восторг. В особ[енности], от «Русской пасторали». После обеда с А[нютой] пошел к Ев[гении] Пав[ловне]. Вернувшийся из-за границы С[ергей] Пав[лович] Кост[ычев] чествовался двумя ликерами: он получил только что звание академика. Много и интересно рассказывал о Берлине и Париже. О последнем — с восторгами. Мы подпили, Сер[гей] Пав[лович] Анюте говорил какие-то приятные слова, прижимал руку, и она осталась довольна, была весела и на обр[атном] пути совсем не жаловалась и была бодра и даже весела. Дома прочел 2 главы из «J[oseph] Balsamo».
11 октября, четверг
Работал до 4-х. Выбирал кальки и оттиски для заграницы. Сделал список картин и всего, что повезу. После обеда поехал к Воинову на собрание, нас было: Воинов, Бобровский, Белкин, Рылов и Нерадовский. Обсуждали разные подробности нашей поездки. К 11-ти часам к Варюше; ее еще не было дома, но скоро она вернулась. Она очень ободряла меня и говорила, что прочла А[нюте] (у которой была) целое наставление. Сидел у них до часу и много говорил о св[оей] поездке.
12 окт[ября], пятница
