Утром поехал в Эрмитаж. Гравюры. 2 том Stefano della Bella, Parmigianino — Zanetti и то, что на выставке. Все хранители в ажитации из-за призыва. Настроение и подавленное, и полное надежд в то же время. Домой пешком по чудесному солнцу, а в Эрмитаже я замерз. Пил чай и ел крутые яйца.
Вечером с Женечкой к Буняковским за гравюрами.
22 [мая], четверг
Чудесное утро. Довольно рано приехал из Петергофа А.А. Степанов, много нарассказал про надвигающиеся события, говорит, что П[етербур]ге ничего не знают.
Ходил с Анютой в Английс[кий] банк посетить Женю, ее кормили и поили кофе.
К 5-ти приехали Замков и Кирнарский. К[ирнарский] купил у меня двухдневную картину за 12 [тысяч рублей]. Предлагал меня на откуп в продолжении года[1262] — какие угодно картины и сюжеты, — все берет. Я отказался, вежливо его благодаря. Замков заказал еще картину. После обеда приех[ал] Элькан с братом, заказал мне следующую даму за 7 и вручил вперед 5 [тысяч]. Братья — идиоты. Мой [Б.В. Элькан] буквально потел, волновался, когда заказывал мне картину, советовался с братом на жаргоне.
23 [мая], пятница
In bed fl[ogged] the turkey…[1263]
Ходил на осмотр аук[цион] Платера — аук[цион] ужасный. Долго там говорили о театре с актер[ом] Хохловым. Слухи и слухи, дарящие надежды. Говорят об арестах, и Анюта волнуется. Домой пешком. Заезжал ко мне Скамони, и я ему вручил экз[емпляр] пер[вый] «Маркизы». После обеда с Женечк[ой] ходил к Цемировым за гравюрами. Вот дуры — в особенности, Маня. Сегодня Валечка уехал в Финляндию с эшелоном финов. Не грущу, не жалею, что он уехал.
24 [мая], суббота
Не работал. Днем приходили Нотгафт, Верейский и Элькан. Новая картина им понравилась. Н[отгафт] принес мне 5 т[ысяч] за проданную маленькую картину «Костры» — П-лу (не помню фамилии). Вечером с Димой ходили на Лоцманскую, а потом в Екатер[ингофский] парк.
25 мая, воскр[есенье]
In the morning in bed had a cock stand, the result of it [P.S.][1264]. Не работал. Читал долго «Elizabeth and Her German Garden»[1265] и к вечеру дочел эту довольно забавную легкую книгу. Днем с Димой ходил на Морскую, заходили на аукц[ион] Платера, где жара, скверные вещи и глупая толпа. Вечером всей семьей к Клочановым на Торговую, мило, но в высшей степени неинтересно, — к счастью, недолго.
26 мая, понед[ельник]
Дивное утро, сидел голым в балконной двери и брал солнеч[ную] ванну, деревья зеленеют, яркий свет. Подо мной подломилась скамеечка. Анюта сидела тут же и маникюрилась. Дима был еще дома. Прислушивались к довольно близким пушечным выстрелам и радовались. Что происходит в П[етербур]ге?
Вчера в П[етербур]ге было тихо, безмятежно, идет много народа веселого и разряженного.
Ездил в Эрмитаж за Верейским и с ним к Бутовской — даме старой — покупать китайскую акварель (которую я и купил). Потом домой. был один, брал ванну, читал «Kater’a Murr’a»[1266].[1267] Не мог сразу заснуть; придумал 3 картины: дама спиной в запущенном парке с радугой вдали, утренние confidences и горничная с письмом, смотрит из двери на любовную борьбу на диване.
27 [мая], вторник
Не работал. К часу приехал Рыбаков; я ему показал картину, она ему очень понравилась (спящую д[аму]), он очень благодарно со мной расплатился, считая все, что он мне дал из провианта в две тысячи, а дал мне 4. Я его угощал какао. Потом выехал с Женей, зашел за Анютой в коопто[рг], помог ей нести вещи. Купил Жене Сомовой на 300 р[ублей] кружев для ее будущих чепчиков.
Вечером у нас Венгеровы. Чай у меня в комнате на круглом столе. Скучно, Зинаида radote[1268], Изабелла меланхолична; инцидент из-за самовара между Димой и Женей, скомпрометировавший их. Был еще Андрюша. Изабелла играла на брусовском рояле. Я был рад, когда они ушли. Хотелось спать и не хотелось слушать разговоры Зинаиды.
Среда, 28 [мая]
Все еще не начал работать. Шура Бенуа от имени директории Мар[иинского] и Мих[айловского] театр[ов] предложил мне постановку «Le nozze di Figaro»[1269] Mozart’a. Я отказался, как это ни соблазнительно.
Четверг, 29 [мая]
Очень немного и неохотно среди дня работал; начал сочинять на кальках контур. Утром заходил к Платеру смотреть приобр[етенную] им gouache-grisaille J. Pater’a, очень хорошую. После обеда с Анютой и детьми ходили на Лоцманский остров, там сидели на скамейке. Вечером дома смотрели картинки из «La Grande ville»[1270].
30 [мая], пятница
Утром позвон[ила] Нина Г[еоргиевна] Коловникова о том, что для меня готова ассигновка[1271]. Я поехал в Зим[ний] двор[ец] за ней. После чая с молоком и медом и крутого яйца опять взялся за рисование контура для новой картины.
