Любой человек, живущий на обычной пище, страдает оттого, что его выделительная система забита слизью. Эта ядовитая слизь образуется из остатков непереваренной пищи, накапливаемой с момента рождения. Она не только закупоривает нос, но может быть обнаружена и в анусе. Если предпринять 3-дневное голодание и с утра собирать самую раннюю мочу, то через несколько дней в этой моче появится целое облако слизи. Чаще всего переизбыток слизи выводится через нос в виде насморка. Пятый, шестой день голодания… Чувство голода, так мучавшее в первые дни, пропадает, но самочувствие ухудшается. Появляется слабость, запах изо рта; иногда наблюдается возбужденность, головные боли, нарушение сна. Девятый, десятый день… В выдыхаемом воздухе улавливается запах ацетона, самочувствие все хуже, и вдруг внезапно, в течение часа или нескольких часов (у кого как) происходит резкое изменение: исчезают вялость, головная боль, мысли проясняются, тело становится легким, сильным, язык очищается. Совсем по-другому воспринимаешь мир. У Брэгга была многолетняя практика лечения голоданием знаменитых (и не очень) звезд Голливуда. Кинокамера делает человека несколько толще, чем он есть в действительности. А звезда должна быть стройной и изящной. Вот история одной начинающей звезды, которая хотела получить контракт, будем называть ее Дайаной: Брегг посадил ее на хорошую диету. Первые дни она голодала по 24 часа. На третьей неделе провела десятидневное голодание — а спустя две недели 21-дневное голодание. Это чередование еды и голодания сделало чудо! В глазах Дайаны появился блеск, кожа помолодела. Она продолжает жить на такой диете, проводит одно 36-часовое голодание в неделю, а так же 7-дневные голодания 4 раза в год с трехмесячными интервалами.
По радио руководительница какого-то балетного театра, в котором такое высокое качество танца, что даже артисты кордебалета, уезжая за границу, становятся там первыми солистами, критиковала авангардизм в балете. Что такое авангардизм? — возмущалась она, — это же что-то ужасное, балерина обмазывает лицо сметаной, выходит на сцену с бутылкой кефира и начинает его разбрызгивать! Разве ж это балет?
Вспомнил, как вчера, когда ездил кормить родительского кота, видел почти идентичные телепрограммы по двум разным каналам, вот о чем: психиатры лечат потенциальных самоубийц и прочих депрессивных и любопытных, закапывая их в профилактических целях на время в могилы. Закапывают, потом откапывают. Некоторых в гробах, а других — прямо так, но неглубоко, они потом рукой подают сигнал, и их откапывают. И как будто бы помогает. И такие пафосные передачи, со зловещим шепотом, возбужденными благодарностями за удивительный экстремальный опыт, размазанными лицами неудавшихся самоубийц, чтобы никто не узнал, признаниями в любви к жизни и проч. Но ведь смешно: закапывать живого и закапывать мертвого: две большие разницы.
В подъезде напротив все ночи напролет горят два верхних окна друг над другом. (Они наверняка тоже замечают, что все ночи напролет напротив горит окно.) И еще я вижу две лестничные клетки — все пролеты ярко освещены, у нас, наверное, очень хорошие электрики в дэзе, все лампы горят исправно, вижу, если кто-нибудь поднимается к себе домой пешком или выходит ночью на лестничную площадку курить.
В одной из деревень французского департамента Дром произошло жестокое убийство. 36-летний португалец Мануэль Фонте-Ребелу, безработный каменщик и всемогущий глава семьи, погиб в воскресенье вечером от ударов, нанесенных топором, кувалдой и кухонным ножом.
Дженна Джемисон, как известно, написала книгу «Как заниматься любовью как порно-звезда». Но, увы, единственный вывод этой книги в том, что порно-звезда занимается любовью так, как ей приказывает режиссер.
Каждый раз, когда у меня есть возможность познакомиться с кем-нибудь, кто мне нравится, я всеми возможными способами стараюсь избежать этого. Нахожу причину для того, чтобы уйти, нахожу причину для невстречи, виновато улыбаюсь, смотрю себе под ноги, разворачиваюсь; я просто знаю, что я неинтересен, незнакомому человеку будет скучно со мной, мне будет мучительно трудно разговаривать с ним; конечно, я сам ставлю выдуманные преграды, при том, что потом очень мучаюсь от этого: странный обычный луп.
Но жизнь все равно прекрасна.
