На танцевальной площадке девахи из последних сил крутили бедрами. Их было подавляющее большинство. Парни терялись на их фоне, но ничем в танце не уступали. Парни, выплясывающие в «Тру Стори», считаются лузерами, и все, что имеют — привлекательную внешность и пластику, на которые не прочь поглазеть шалавы, дабы успокоит глаза и нервы. От чего? От деловых жирных ублюдков, сорящих деньгами за барной стойкой. Что поделать, секс ради денег с пердуном — пожалуй, лучшее удовольствие, которое можно и перетерпеть.
Как только Псевдовадим и Валя вошли в танцевальный бедлам, их перепонки едва не лопнули от электронной музыки. Авария объяснил Вале, что на выпускном вечере учеников ее школы музыка будет тише, да и диджей будет не из соседней деревни. Про бар так вообще можно забыть: его закроют белыми шторами, на которые направят луч проектора с кадрами из школьной жизни, подкрепив их эмоциями выпускников прошлого года. Ни того, ни другого, естественно, не существовало. Авария все это выдумывал на ходу, а Валентина методично кивала каждому его слову, хоть ничего и не слышала.
Деревенский диджей плавно свел композиции. Под громкие «Ууу!» старых пердунов и пронзающее «Юху!» девчушек стриптизерша освободила место у шеста молоденькому стриптизеру в красных трусах-ниточках.
— Простите, отвлеклась! — извинилась Валентина.
— Я говорю: стриптиза на вечере не будет! Шест мы демонтируем!
Та ничего не услышала, ведь стриптизер только что снял трусы и бросил в толпу. Две мымры устроили борьбу. У одной на попе порвались джинсы, вторая осталась без лямок на платье. Грудь вывалилась. И лысые, и лузеры восхитились. Трусы стриптизера достались единственной женщине, которая пришла в «Тру Стори» не ради лысого урода за барной стойкой. Она владела сим прекрасным заведением.
— В общем, ничего, что вы сейчас увидели, на выпускном вечере не будет! Максимум — танцевальный коллектив, заводящий бывших учеников!
— Что? — Валентина ничего не слышала. Она зачарованно смотрела в сторону шеста и желала быть оттраханной до смерти подтянутым голожопым мальчишкой, извивающимся на нем как змея.
Когда стриптизер скрылся за кулисами, Авария потянул Валентину к выходу. Отца и дочери, не подозревающих о родстве, на площадке второго этажа уже не было. Кожаный диван пустовал, поэтому Авария и Валя решили перевести на нем дух.
— Ничего из этого не будет. Только музыка и танцы.
— Ну что ты, Вадим, я ведь это прекрасно понимаю. Заведение подстраивается под любую публику… Вот вы бы, например, подстроились под меня? — спросила Валентина и резко прикрыла рот, словно ничего и не произносила.
— Что, простите?
— Ой… Вы подстроитесь под наших выпускников? Как я понимаю, вы не только организатор, но и ведущий?
— Ведущий, — подтвердил Авария. — Если не против заказчик. Если заказчик не желает другого ведущего. У вас есть кто-то на примете? Лично я порекомендовал бы вам…
— Ну что ты… — Она коснулась пальцем его губы. — Ты меня вполне устраиваешь.
— Что ж, — он опустил ее ладонь и уместил в своих, — я очень признателен. Пройдем наверх?
Где на лестничной площадке второго этажа стоял диван, на третьем стояли четыре кресла. Они пустовали, но из каждой стеклянной пепельницы на подлокотнике к потолку поднимались полоски дыма. Дымом совсем не пахло, поскольку женщина, поймавшая трусы стриптизера в «Денс Флур», владелица клуба, пеклась об обслуживании самых состоятельных гостей ее заведения. Еще несколько лет назад она установила в курилке мощную систему вентиляции, на обслуживание которой уходило около сотни тысяч в год. Затраты эти были оправданы: те, кто составлял основную выручку «Тру Стори», должны были иметь право курить в общественном месте.
Банкетный зал на третьем этаже был куда больше танцевального со второго. В нем было и значительно светлее, как днем, хоть и за панорамными окнами была абсолютная мгла, освещенная неоновыми вывесками на фасадах. В банкетном зале стояла совсем другая атмосфера. Умиротворенная.
На смену красным, облупившимся до — по задумке дизайнеров — кирпичам пришли гладкие, выкрашенные в светло-бежевый стены, увешанные картинами. Вокруг четырех голубых колонн в центре — столики со скатертями и свечами, внутри — небольшая сцена-подиум и выступающие с ее высоты артисты местной кавер-группы, репертуар которой — хитовые медляки и все, что готовы оплатить клиенты третьего этажа.
Все, абсолютно все в банкетном зале было иначе, только люди оставались те же: толстые папики и готовые ко всему худышки.
— Извините, вы не могли бы… — Официантка с подносом, спешащая обслужить гостей заведения, аккуратно протиснулась во входную арку. Узнав Аварию, она изменилась в лице и голосе. — О, привет, Вадим!
— Привет, Оля, — улыбнулся он. — Не торопись. Подскажи, здесь есть свободный столик на двоих?
— Для тебя — всегда! — Оля сверкнула глазами. — И всегда — только лучший! Третий свободен до часу ночи, после придется освободить.
— Думаю, нас он устроит.
— Тогда проходите. Я скоро к вам подойду.
