— Выкрал, — пожав плечами, ухмыльнулся Авария. — Не сложно отобрать игрушку у малыша, зная, что до добра она не доведет. Хотя это было не так легко… Пускай этот трансформер и пострадал в стычке с тобой, силы у него оставались. Видел бы ты, как освирепел тогда Волк.
— Ага. Видал.
— А еще он видел, как Волк обосрался! — посмеялся Витя и чихнул. Коричневые сопли уже капали на губы.
— Этот ремень ты тоже выкрал? И кубик Рубика? А это что? — Вика приблизилась к самому маленькому стеклянному боксу. — Да это ж соска!
— Да. И, чтоб ты знала, таких сосок, прагм, пожалуй, очень и очень много. Знаешь ли, малыши к ним сильно привязываются.
— Вот дела… А чего тут так холодно? — Витя скрестил на груди руки, обнял себя за плечи.
— В холоде они слабеют.
Брехня!
— Но все эти веще не короли? — спросил Илья. — Король только один, как с одной, так и с другой стороны?
— Верно подмечено. Все они — лишь пешки. Заковывая их здесь, я думал, что смогу ослабить армию злых прагм, вот только это все равно, что собирать крупицы соли, разбросанные по пляжу: долго, муторно и не имеет смысла. Наша цель — король.
В тюрьме моих братьев стало холодно даже Аварии. Витя вообще дрожал всем телом. Авария еще раз заварил чай, еще раз написал и отправил сообщение и еще раз посмотрел на улицу через экран телевизора: силуэт часовенки едва виднелся. Белые цифры в нижнем углу экрана показывали двойку и три единицы.
От горячего чая Вите не полегчало. Авария предложил ему перебраться на диван и как следует выспаться, предварительно выпив две капсулы арбидола и закапав в нос капли от соплей. Приняв все лекарства, Витя спать не пошел, только, зевая во весь рот, спросил:
— И ты, верно, знаешь короля злых прагм и молокососа, к которому тот присосался?
— Так вышло, что наш город притянул обоих королей. В Слобурге и раньше случались мистические события: исчезновение людей, убийства, сектантские фанатики с еженедельными жертвоприношениями несуществующим богам, радиоактивная яма, появляющаяся каждый второй понедельник ноября недалеко от… — Авария замолчал. — Но чтобы Слобург стал полем битвы двух враждующих армий — никогда. Отвечая, Витя, на твой вопрос, скажу, что догадываюсь, кто может быть королем злых прагм. Думается, если и вы пораскинете мозгами…
— Игорь! — ошарашено протянула Вика.
— Смайл! — отредактировал Илья.
Авария торжественно щелкнул пальцами, одновременно указав одним на Илью.
— В точку! Именно Смайл был на могилах моих родителей. Смайл был и на пыльном экране телевизора. Смайл был и на лице водителя красной легковушки, который мчал от ментов, вдавивших меня в тракторный ковш. Тем водителем был Игорь Козлов. Он ехал с закрытыми глазами.
— Но… у него никогда не было такой машины, — впала в сомнения Вика.
— Он мог ее угнать, — предположил Илья.
— Угнал, украл, купил… Это не меняет дела. Игорь был за рулем автомобиля, а за рулем Игоря — Смайл. Когда вы втроем сидели в Курямбии, я слышал ваши желания отомстить Козлову. Все вы только и хотели, чтобы он стал таким, как я, улыбающимся дурачком.
— Так ты все знал с самого начала? Ты за нами следил?
— Нет, не следил, Вика. Я проверял вас. Думаете, Витя случайно нашел открытый вход в подвал, над которым живу именно я? Не случайно и вы познакомились с ним. Способные, вроде нас, начали собираться по всему миру, и в конечном итоге большая их часть окажется в Слобурге. И наш город никогда не станет прежним.
— То есть нас собрали наши прагмы?
— Да. Только мне думалось, нас соберется больше, — признался Авария, — в разы больше. Ну ничего, таких, как мы, в городе должно быть достаточно, да и война еще не началась.
— А Игорь? — начал Илья. — Если он под контролем Смайла, то он, вроде как, невиновен? Получается, мы зря хотели его… покалечить?
— Если он в чем-то и виноват, так только в том, что в день твоего рождения набил на своей ноге эту уродскую татуировку. Ты понимаешь, о чем я? — Илья покрутил головой. — Я спутал тебя с ним. Он заставил меня спутать. Мои прагмы оказались слабее его. — Авария положил ладони на снимки. — Это они — мои талисманы и спасалки. Они со мной после аварии. После аварии я стал способным.
— Так… а что в итоге нам делать с Игорем? — спросила Вика, разглядывая черно-белые снимки через пальцы Аварии с ухоженными ногтями. — Его прагму так просто не выкрасть, она же не вещь. Мы же не собираемся отрубать ему ногу? — Как бы противен ей не был Козлов, ей вдруг стало жалко его. Жалость выдавали и ее глаза с голосом.
— Как бы мне ни хотелось, лишать ноги мы его не будем. Или будем… в случае крайней меры, конечно. Нам надо или свести тату, или снять скальп, или выкачать краску… Не знаю. Я ведь тоже с этим столкнулся впервые.
— Но ты уверен, что у тебя… у нас получиться одолеть, пусть и не в одиночку, короля злых прагм? Я это к тому: глупо идти с рогаткой на танк. — Витя почти спал. С виду он казался не плох, но внутри него вовсю уже бурлила другая сущность, в скором времени готовая выйти наружу. Витя ее не чувствовал и не догадывался о ее существовании. Он был спокоен.
