– Ладно, Ефименко, сейчас мы посмотрим, как ты будешь корректировать огонь, – но командир развед. роты лишь самонадеянно махнул рукой, типа: что я разве не видел, как ваши артиллеристы работают?
Вскоре подошли БМП 8ой роты с десантом на борту, ещё несколько минут и разведчики, уже усиленной колонной, вновь помчались к кладбищу. Я же усевшись на башню ПРП начал вторым дивизионом чесать высоту, откуда были обстреляны ранее разведчики. Сначала хорошо обработал вершину, а потом дал несколько залпов в тыл высоты. Одновременно первым дивизионом обработал соседнюю высоту, чтобы если там есть боевики, они бы не ударили пехоту во фланг.
По поступившей команде от Тимохина прекратил обстрел первой высоты – туда уже подымались цепи пехоты. Ещё через пару минут и фигуры солдат замаячили на самой вершине. Оттуда доложили – подготовленные позиции боевиков, кучи стрелянных гильз и хорошо виден посёлок Кирово, внизу под ними. Танки, БМП и артиллерия сосредоточили огонь по соседней высоте, а ещё через десять минут я прекратил огонь, боясь задеть своих. Появилась надежда, что боевики, напуганные мощным огнём, легко отдадут нам высоты. Но внезапно вспыхнувшая ожесточённая перестрелка, опрокинула наши надежды.
– «Танкер 65», второй развед. взвод попал в огненный мешок. Зажат в лощине…. По нему бьют с трёх сторон.
Я заметался по верху ПРП, потом соскочил с машины и в несколько прыжков взлетел на верхушку высокого бугра, но и оттуда мне не была видна лощина с зажатыми разведчиками. Вновь заскочил на ПРП и вышел на связь с Ефименко: – Дай координаты боевиков…
Рядом в микрофон кричал командир, приказывая выходить из боя.
– «Танкер 65», выйти из боя пока не могу, очень плотный огонь. Бьют с трёх сторон с автоматов, пулемётов, работают снайпера и периодически накрывают из миномётов. У нас уже трое трёхсотых….
– Раненых вывозить в первую очередь и дайте наконец-то координаты откуда работают боевики. – Приказал командир.
Через минуту Ефименко торопливо продиктовал координаты двух целей и я лихорадочно стал наводить: 1ый дивизион на одну цель, а второй на другую цель. Получив команду – «Готово», стал добиваться от Ефименко и Тимохина – кто будет передавать отклонения от цели разрывов. Но ни одному, ни другому было просто не до этого: они были заняты вытягиванием развед. взвода из ловушки. Не добившись ответа, я дал команду на открытие огня вновь попросил передать результаты разрывов, но дождался только одного слова – Нормально. И тогда не пожалел снарядов.
Постепенно вытянули развед. взвод из огневого мешка, пехота зажгла дымовые шашки и под прикрытием густой дымовой завесы стала выходить из боя. К нашему КНП подскочили два БМП, привезшие раненых. Из первой самостоятельно выбрался командир взвода Вася Снежко, пуля попала ему в голову и сейчас держась за рану обеими руками лейтенант неуверенно брёл к санитарному МТЛБ, где рухнул прямо на руки санитаров. Из второго достали гранатомётчика – ему осколок мины попал в лицо и он был без сознания. Третьему повезло больше: пуля попала ему в левую руку и он самостоятельно шёл рядом с носилками, на которых лежал тяжелораненый. Загрузив раненых, МТЛБ умчалась в лагерь для отправки их вертолётом в госпиталь.
Тем временем пехота окончательно вышла из боя и отошла к мусульманскому кладбищу, где стала окапываться, закрепляясь на ночь. Уехали в лагерь и мы. Я побрился, умылся и когда пришёл в палатку ЦБУ, на меня навалилась усталость. Как бы с ней не боролся, но с 19 до 20 часов практически дремал и еле дождался, когда меня сменят.
* * *
Проснулся в шесть часов утра посвежевшим и отдохнувшим. С энтузиазмом растопил печку, вскипятил воду и с появившимся Иваном Волощук мы с удовольствием попили кофе.
В 7:30 опять выехали на КНП полка развёрнутое на высоте 321.8 и начали готовиться к выдвижению подразделений первого батальона на новые рубежи под Октябрьское. В 9:30 поступили координаты целей в посёлке Кирово: штаб боевиков и координаты пяти мостов, где тоже занимали оборону боевики. По штабу я нанёс два огневых налёта с интервалом в тридцать минут, а позиции боевиков обрабатывал в течение полутора часов. Подразделения первого батальона пошли вперёд и без противодействия боевиков вышли на свои рубежи, где и стали окапываться. Больше всего мы опасались действия миномётов боевиков, они ночью положили по расположению первого батальона четыре 120мм мины, но обошлось. Подразделения третьего батальона тоже немного двинулись вперёд, но далеко не пошли. Все основные боевые действия у нас были запланированы на завтра. Третий батальон доложил о наблюдаемых передвижений боевиков и мы немного туда постреляли. Вернулись в лагерь до обеда и с удовольствием, впервые за три дня, поели горячего супа.