Я затосковал, понимая, что опять меня начнут расспрашивать о деталях гибели Малофеева, и что самое неприятное – с недоверием будут слушать мой рассказ. Мне уже было известно, что воспользовавшись смертью командующего, произошедшей якобы из-за трусости ВВэшников, армейская верхушка сумела добиться решения о снятии со своей должности Командующего Внутренними Войсками. Вместо мента во главе ВВ поставлен наш армейский генерал Овчинников. Но тем не менее тела Малофеева и Шароборина до сих не могли вытащить и на мне негласно висело клеймо труса.
Быстро собрался, через тридцать минут прилетела ПРП и ещё через двадцать пять минут я уже был у старого КНП, где меня должен был ждать генерал-полковник Трошев. Но у брошенного окопа никого не было, кроме одинокого замёршего контрактника в грязном бушлате, сидевшего у небольшого костерка.
Я не стал слезать с машины и, перегнувшись из люка, прокричал «контрабасу»: – Боец, ты видел где-то здесь генерала со свитой?
Боец, выдернув скрюченные от холода руки почти из центра костра, повернул ко мне лицо и слабым голосом что то ответил.
– Ааааа…, от этого балбеса вряд что-нибудь добьёшься, – махнул рукой на солдата и ПРП по моему приказу рванулось к нашему КНП, но и здесь генерала не было.
– Копытов, ты Трошева видел? – Подскочил ко мне полковник Сухарев.
– Да нет. Там только контрактник у костра сидел один, да ещё и без автомата. Больше никого. Я и сюда приехал – думал, что он здесь.
Сухарев скривил в недоумение лицо: – Да там он должен быть…. Давай, всё-таки езжай туда. Может ещё подъедет….
В тылу КНП послышался шум подъехавшего БМП, с которого соскочил уверенного вида подполковник и быстро забежал в окоп.
– Ну, где ваш начальник артиллерии? – Сходу задал подполковник несколько резковато вопрос Сухареву.
– Ну, я. – Я выдвинулся вперёд.
– Тебе, подполковник, где сказали быть? – Наехал на меня с апломбом штабист.
– Нету там никого, вот сюда и приехал.
– Как никого? – Взвился подполковник, – Генерал Трошев у костра сидит, а ты мимо него прочесал.
– Какой там генерал? Грязный, замёрзший контрактник сидит. Я с ним сам разговаривал. Нет там генерала.
Подполковник долгим взглядом посмотрел на меня, потом сдвинул шапку на затылок и озадаченно почесал лоб: – Ладно, не будем спорить – поехали на место.
Ещё издалека у старого КНП я увидел несколько БТРов, небольшой костёрчик и давешного одинокого контрабаса, продолжавшего спокойно держать руки над пламенем. Несколько сзади его толпилось до десятка офицеров. ПРП остановилось и я, одновременно с подполковником соскочил на землю. Огляделся и побежал к кучке офицеров, предполагая, что среди них находится генерал-полковник Трошев. Но сзади послышался предостерегающий крик: – Товарищ подполковник, генерал у костра…
Я резко остановился и в недоумение поглядел на подполковника, который глазами показывал на костёр. Медленно перевёл взгляд на сидевшего у костра и весело щурившего на меня глаза «контрактника».
– Блин, – присвистнул про себя, вглядевшись в военного, – и с чего я принял его за контрабаса? Ну, погон на плечах генеральских нет. Ну, грязный бушлат – так у меня то он тоже не чище.
Глупо хихикнул и шагнул к костру, одновременно прикладывая руку к головному убору, с ужасом почувствовал на себе немецкую каску.
– Ну, мне сейчас и за это ещё влетит, – с весёлой злостью промелькнула мысль, но я уже бодро рапортовал, – Товарищ генерал-полковник, подполковник Копытов по вашему приказанию прибыл. Извините, не узнал вас…..
Последнее можно было и не добавлять – видел я его первый раз в жизни. Я молчал, ожидая разноса, но Трошев поглядев на меня, сделал приглашающий жест присесть рядом с ним и восхищённо произнёс: – Ну и знатная у тебя каска, подполковник.
Первые же его слова, дружеский тон расположили меня к нему и я присел рядом, протянув ему каску.
– Это, товарищ генерал-полковник, мой трофей с первой Чеченской. Я как в бой иду так её надеваю и она сейчас является не только моим личным талисманом, но и талисманом моих солдат и офицеров. Вот только моему разведчику Сашке Шароборину она не помогла.
Трошев покрутил в руке каску и с сожалением отдал её мне, тяжело вздохнул: – Ну, давай, подполковник тогда поговорим о смерти твоего разведчика да заодно и Малофеева.
Как на духу рассказал внимательно слушающему генералу все обстоятельства происшедшего и замолчал, ожидая, что ответит мне Трошев, к которому я испытывал искреннее уважение и доверие. Генерал молчал, продолжая держать руки над пламенем, лишь временами отдаляя их от костра. Потом взглянул на меня и решительно произнёс.
– Не вешай нос, подполковник. Я тебе верю.
Как будто гора свалилась с моих плеч и я, взяв из рук генерала блокнот, стал в нём рисовать схему цеха, где остался лежать мой Шароборин и Малофеев. Трошев сделал несколько уточняющих вопросов, подозвал к себе уже знакомого мне подполковника. Кивнул на меня.
– Так, давай сгоняй с ним в полк ВВ и ещё раз переговори с командиром роты, пока они не ушли и ещё раз уточни все детали.