Не сговариваясь, действуя только по какому-то наитию, на улицу выскочило четверо разведчиков. Туда же выскочили и мы с Ефименко. Повернулись лицом к доту и одновременно, не обращая внимания на пули, открыли огонь по амбразуре, сверкающей блеском очередей, стараясь не дать ему вести прицельный огонь. Этот манёвр дал мгновенный результат. Огонь пулемёта захлебнулся, потом затих. Через несколько секунд прозвучало ещё несколько рваных очередей, а затем он вновь застрочил. Но огонь был уже неприцельный и пули шли высоко над нами: боевик видимо оказался «ссыкло» и сейчас лишь стрелял в нашем направление вслепую. Разведчики, воспользовавшись моментом, мигом перебежали на нашу сторону и перетащили раненых, где и попадали на снег, запалено дыша, широко раскрыв рты. Не прекращая огня по доту, мы попятились назад и тоже через несколько секунд ушли с линии огня. Боевики у сараев, численностью до двадцати человек, поднялись для атаки, но в этот раз миномётчики довернули и мины легли практически по духам. А тут ещё подполковник – «химик» отскочил от машины и, грозно зарычав ракетными двигателями «Змей Горыныч», сорвался с направляющих и вихляя из стороны в сторону помчался как раз вдоль улицы, в направление дота. Как зачарованные мы смотрели на стремительно разматывающийся тросик с проводами от «Змея Горыныча» и когда он остановил свой бег, мы все плотно прижались к земле. 800 килограмм тротила – это не шутка. Когда мы очумелые от страшного грохота разрыва поднялись и выглянули из-за забора, то очумели ещё больше: там где взорвался «Змей Горыныч» была широкая просека среди исчезнувших в взрыве домов, дальний край которой терялся в полуразрушенном жилом секторе.
– Саня, по моему сейчас можно спокойно и открыто вернуться в школу и снова занять её, – Ефименко задумчиво посмотрел на результат работы «химика» и отрицательно покачал головой.
– Нет, сегодня уже нет, – Саня кивнул головой на разведчиков, которые постепенно начали шевелиться вокруг раненых и подозвал командира взвода, – ну что, Серёга, рассказывай…
Старший лейтенант слегка поддёрнул автомат, поудобнее располагая его на плече, оглянулся на разведчиков и, шумно сглотнув слюну, начал рассказывать.
– …До школы дошли нормально. Боевиков не видели, но то что они были неподалёку ощущалось – ну прямо в воздухе висело это чувство. Да и снег вокруг домов и во дворах был истоптан. Причём не тропинками, а следы виднелись кругом и довольно свежие. Залегли за заборами и стали осматриваться: школа была в метрах ста пятидесяти. Обычная двухэтажная школа, стандартного образца – панельная. Улица с деревянными и каменными домами – всё как обычно в мирной жизни. И здесь боевиков тоже не было видно. Понаблюдали минут десять за школой и прилегающими к ней домами – тишина. То есть стрелять то – стреляют, но где-то в стороне, здесь же никого нет и никого не видно.