И ломанулся, мигом прочь
По направлению к дому,
И я не в силах превозмочь
Побрел пути другому.
Прошёл бесшумную тропой,
Зашёл в свою избушку,
Увидел, оглядев в первой
Мохнатенькую тушку.
Она сидела на столе
И грызла что-то быстро,
Проделов это дефиле,
Исчезла неказисто.
Как будто встретила кота,
Почуяв мышеловку,
Не веря в мысль, что чиста,
Даёт ей эту крошку.
Я, осмотрев сей пируэт,
Уселся на кровати,
Обдумав речи наш дуэт,
Претензии некстати.
А если он домой придёт,
Расскажет маме речи,
Что рядом с ним еврей живет
И не желает встречи.
Ну, ладно вечера дождусь
И будет то, что будет,
Домой я точно не вернусь
Пусть Бог меня рассудит.
А вечером пришёл мой друг
И протянул мне кашу,
За что достоин сих услуг,
Мыслей не как не слажу.
Он спохватился как всегда
Без умысла дурного,
Спросил: «А как твои дела?
И что же тут такого?»
Да может и не понял он
Кто перед ним льёт речи,
Как не смотри со всех сторон
Одним лишь я примечен.
Спасибо, очень хорошо,
За ужин благодарен,
Подарок твой горяч ещё,
Видать, он только сварен.
Ты знаешь, что я расскажу,
Откроюсь тебе тайно,
Я тут мышоночка кормлю,
Что встретил я случайно.
Считаю, что он – мой сосед
Или дитя родное,
Он защитит наш дом от бед
И царства половое.
Под полом бродит он всегда
И изредка со мною,
А ночью хруст слышен труда,
Дворец себе там строит.
Я ему кашки положу,
Мохнатому трудяге,
Возможно, этим угожу,
Мы с ним теперь бродяги.
И этот дом для нас теперь
Пристанище бездомных,
Что заслужили мы, поверь
В гонке проблем огромных.
Австрийский друг не удивлён,
А только жал плечами,
Ведь каждый по себе дурён
Безумными мыслями.
«Еду на мышь переводить
Вместо того, чтоб кушать,
А грызуна того давить,
чтоб скрежета не слушать».
Но это дело прав твоё
С кем тут и поселиться,
Кому давать своё сырьё,
И с кем в ночи ложиться.
А есть желанье ехать в град?
Там проведут парады,
Там «гитлерюгенда» отряд,
Военные бригады.
Пройдут по улицам они,
И пронесут знамёна,
Ладони вверх подняв свои,
Огромная колонна.
Возможно, скоро к ним примкну,
Возьмут меня в команду,
На следующий парад пойду
Неся их пропаганду.
Мне это обещала мать,
Что скоро я уеду,
А хочешь ты со мной вступать?
И чествовать победу?
Там будем вместе мы играть
В военные игрушки,
Там можно даже пострелять,
Познать азы войнушки.
Поплавать или полетать
Пойти в поход, разведку,
Там можно многое понять,
Развить в себе атлетку.
Ну, что ?Пойдём, я покажу,
Парад вот-вот настанет,
Я по дороге изложу
Идею что дурманит.
И он вскочил и зашагал
Как-будто я согласен,
Как-будто я ответ уж дал
Иль он ему не гласен.
Ну, ладно, догоню его,
А после на параде
Его оставлю одного
И к дому моему сзади.
Приду и посмотрю, кто там,
Родные уж вернулись,
О, боже, я прильну к дверям
И с силой распахну их.
Увижу на пороге мать
И взгляд сестры поймаю,
И в ту секунду дам понять,
Что за отца страдаю.
Они и сами все поймут,
Увидев страх за мною,
Пройдут неспешно, обнимут
И обольют слезою.
Я расскажу им, как я жил,
Про дом и про старушку,
Как с той старушкой я дружил,
Как переплыл речушку.
Наверно, долог мой рассказ
Готовый для семейства,
Не рассказать его за час
Такой картины действа.
И я догнал австрийца в миг
И поравнялся рядом,
Как будто интерес возник
К движению гестапо.
Пусть лучше думает, что я
Фанатик до безумства,
Что «гитлерюгенд» для меня,
Как психу нужны буйства.
Я помню, говорила мне
Бабуля в месяц смерти,
Что обходи их в стороне,
Что это дети-черти.
Они пропитаны войной,
Желанием сжечь еврея,
И им не нужен мир такой,
Переча всем посмея.
Их фюрер объявил детьми,
воспетыми в легендах,
Как лекарей нашей земли
С иконостасом в стендах.
На каждом будут все они
Как под копирку в форме:
Рубашка, галстук, сапоги,
Прическа «стригли в шторме».
С единой мыслю, цель одна
И нет там исключения,
Вести дела везде должно
Лишь фюрера движение.
Пока я шёл и вспоминал,
Мы уж к мосту добрались,
С которого в ту ночь сбегал,
Когда за мною гнались.
На нем по каждой стороне
Стоят в военной форме
Солдаты с выправкой вчерне
На маленькой платформе.
Один из этих исполин
Спросил: «Куда собрались?» -
Достал он что-то из штанин-
«Не вы тут ночью крались?»
«Не вы решились на прыжок?
И почему не в форме?
А ну, скажите адресок
Сейчас мы вас оформим»
Он записал в свою тетрадь,
Что вынул из кармана
Все данные, что мог узнать
Не разобрав обмана.
«У вас же возраст подошёл,
А вы ещё не с нами,
Хотите, чтоб я к вам пришёл?
И дал вам сапогами?»
«Родителям ты передай,
Что срочно все вступают,
Что сроку месяц вам, до край
Потом себя пеняют».
Нам нужен каждый из ребят
Кто в «Гитлерюгенд» годен,
Вход ограничен для жидят,
Их статус непригоден.
А после пропустил вперёд,
Осматривая строго,
Походку, кто и как идёт.
Трясет меня немного.
Я сильно испугался в час,
Когда спросил про адрес.
Мой друг и в этом меня спас,
Разбив ответом накрест.
И мы неспешно побрели,
Уж на подходе город,
Молчали всю дорогу, шли
Не видя в речи повод.
Я думал, как мне улизнуть
С парада или раньше,
А может ногу подвернуть,
Чтоб не идти с ним дальше.
А может, растворюсь в толпе,
Умчав к родному дому,
Иль рассказать ему в мольбе
Про жизнь по-городскому.
Пусть знает, что я родом – тут
Где вырос и родился,
В надежде, что не предадут,
Я в мысли погрузился.
И мы добрались до толпы,
Что встала в ожидание,
Ликуя чествовать столпы
