– По-этому ты полез под «потолок» в Небо, куда нельзя. И под Пол к Мии, куда ещё больше нельзя. И продырявил стены Гостиной в нескольких местах, что тоже нельзя, – настоятельным тоном перечислял Рихтор. – Кстати, объясни, пожалуйста, какого лешего ты умеешь заходить в наши комнаты без нас и нашего разрешения? Крисс, чо за дела?
– А? – женщина задумалась, смотря на девятую дверь. – Я не давала ему такой привил…
– Я сам сделал так, – радостно перебил Хозяйку Мэлвон.
– Что ты сделал? – не поняла Крисс.
– Я сделал себя демиургом! Богом! Сам! Классно, правда?!
– Ты, что?!!
– Пам-пам-па-а-ам, – пропел гоблин тревожный мотив и засмеялся.
Мальчик наивно хлопал рыжими ресницами и добродушно всем улыбался. Все смотрели на него, потеряв дар речи. Он искренне не понимал, почему все так перепугались и даже разозлились, и переводил взгляд с одного лица на другое. Но все взрослые были явно чем-то недовольны, и он вдруг почувствовал себя виноватым. Хотя совершенно не понимал за что.
– А что такого-то? – тихо спросил он, опустив глаза в Пол и шаркнув ножкой. – Я хочу изучить всё, а это требует много времени. Всей жизни может не хватить. К тому же это порой опасно. Спать ещё приходится, есть там, вот это вот всё… Я как всё изучу, то снова стану обычным… Правда-правда…
Хозяйка уже стояла рядом со всеми и ловила на себе упрекающий взгляд Учёного. Нехорошо получилось, не продумано. Поторопилась. А зеленоглазый Мэлвон убрал руки за спину, вновь посмотрел на Крисс исподлобья и виновато поджал тонкую линию розовых губ. Глаза с широким-прешироким зрачком искрились в лучах естественного света и были полны мольбы прощения, прямо глаза как у Кота в сапогах13. Лилиан сдалась первой.
– Подкупает, да? – она толкнула подругу в плечо.
– Да уж, – согласилась Крисс, тяжело вздохнув. – Ладно. Но только спрашивать. Обо всём. О любой идее. Один косяк – и я не посмотрю, что ты сама милота.
Мэлвон довольно улыбнулся и низко поклонился Крисс.
– Ой, и хапанём мы горя с этим придурко-о-ом, – цокнул языком Рихтор и продолжил играть на планшете, демонстративно увеличив громкость.
Интервью: Пират
– Ого, как тут просторно стало… Привет, Лил.
– Е-е-ей, здорова! Как его там? Ин..тер..вью? Садись прям туда вон. Давай, я готовая вся, – смеётся.
– Замечательно. Расскажи мне свою историю, старушка.
– Ахаха, сама ты старушка, – смеётся. – Историю мою? Ну давай вспоминать. С чего начать?
– Начни с описания мира, какой он у вас?
– Наш мир это как ваш мир века 16-го примерно. Только прогресс технический у нас не пошёл дальше парового двигателя. Во-первых, потому что у нас нет этой… как там… нефти, да? Макс мне говорил. А значит и нет всего, что из неё делают. А ещё у нас ошалелая церковь, прямо-таки дикая и чумная. Не такая как ваша, гораздо более резвая. Очень умно выбирает последователей, особенно среди высших чинов и богатеев всяких. Следит за ними, мозги промывает с пелёнок, растит их и ни шагу в сторону сделать не даёт. Ну и, конечно, наука под запретом практически вся. Макса бы повесили сразу, – смеётся. – Строго очень, да. Инквизиция своя есть, те ещё черти, очень не любит умных да изворотливых, – смеётся. – Тупые, но суровые черти, да…
– Так откуда ты? Из какой страны? Испания? Мексика?
– Ой, у нас другие страны, другие океаны, другая суша. Есть что-то похожее на Англию вашу, на Германию, на Россию даже… но другое. Сама я и не знаю откуда я родом. Мать свою я никогда не знавала, мной с младенчества занимался отец. Джонатан Шелест. На корабле я тоже с пелёнок, мореходство прямо-таки у меня в крови. Не кровь, а вода с солью, – громко смеётся. – В общем, я на «Багровом Утёсе» и выросла. Моё присутствие там никого не пугало, я знала куда можно сунуться, а куда мне строго нельзя. Отец учил меня фехтовать, стрелять, вязать узлы, читать карты. К 9 годам я была уже полноценным матросом на судне. Могла бы так и жить. Но не тут-то было.
– Амм… То есть…?
– Был среди команды один мутный, называл себя гордо Карлос Денто де Оро, потому что зубы золотые имел с раннего детства. Так вот этот лысый чёрт по капле лил команде в уши мыслишки, что мне здесь не место. Что я мешаю капитану. Что я могу стать лёгкой добычей. Что я баба на корабле, в конце концов. А если уж у нас случался неудачный заплыв… О-о-о, Карлос рьяно вбивал в головы матросни, что капитан – старый дурак, не видит сам, как я здесь мешаюсь, отвлекается на меня, и от этого страдает вся команда. Отец не придавал значения этим сплетням, а вот зря, – качает головой, пауза. – В какой-то момент… его внезапно свалила болезнь. Очень странная, знаешь. Быстрая и очень болезненная. Отец худел на глазах, его рвало от любой еды, живот очень болел, – пауза, – как острое отравление тяжёлым ядом, сейчас уже понимаю… Макс сказал, а он знаток в этом. И именно в этот момент Карлос устроил бунт. Из-за своего состояния отец не смог отстоять свой ранг. Его закололи в неравном бою. А эта мразь ещё и пальнула в конце в спину, чтобы не оставить шансов…
– Ох… прости Лилиан…
