— Видимо, нервы у всех не в порядке. Неужели она считает, что я ворую ее драгоценное время, прося репетировать с труппой? Ну хорошо, пусть занимается только своей ролью, — с притворным спокойствием начал Митя.
— Она права во многом.
— Да? Только ты меня не поучала. Я сам решаю, что мне делать, когда и как.
— Ты что, жена Цезаря, вне подозрений?
— А ты ревнивая девчонка! Что вы все лезете в мою личную жизнь? — сорвался Митя.
Я совершенно растерялась. Его уединения с балетным составом шоу очень болезненно отзывались во мне. Мы все время рвали ту ниточку, которая тянулась из нашей юности, узелки уже не завязывались, наши отношения, и так балансировавшие на грани разрыва, превратились в паутинку, легкую и непрочную.
— Митя, остановись. Даже у меня может кончиться терпение. Кстати, я тоже очень удивлена, что рукопись…
— Ты подслушивала? — возмущенно прервал он меня. — Очень достойное занятие. Ну хорошо, объясню хоть тебе. Я люблю писать от руки и все подписываю, чтобы не украли идею. Объясни это Ольге, а то она уж и не знаю о чем подумала. А теперь, Лерочка, я тебя прошу, постарайся восстановить спокойствие в труппе. Мне просто нужно иногда расслабляться. Эти безмозглые нимфы… Их лепет меня развлекает и отвлекает. Я очень ценю и люблю тебя, — Митя поцеловал меня и нежно погладил по спине. — Только ты, — шепотом, пряча лицо в моих волосах, прошелестел мой принц.
Он хорошо меня знал. Все возражения, сомнения начисто вылетели из головы, я была словно пластилин, из которого Митя мог лепить все что угодно. Я, слегка шатаясь, выплыла из кабинета и пошла выполнять его указания. До премьеры оставалось две недели.
До меня все время доносились слухи, вернее, их обрывки, что в театре появляются какие-то люди, незнакомцы. Кто это, я не знала, и однажды спросила:
— Митя, кто эти неизвестные типы, снующие по зданию и сующие всюду нос? В чем их функция?
— Это представители спонсора. Они следят за тем, чтобы их деньги не тратились впустую.
— Подожди. Но ведь спонсор — Андрей Сергеевич, а его, как и Руфы, я не видела ни разу. Я ничего не понимаю.
— А тебе и не надо ничего понимать, тем более вмешиваться в это.
— Но мне все время кажется, что за нами следят. Мне неуютно.
— Лера, ты бредишь. Ну кому мы нужны? Просто у всех и у тебя сдают нервы. Я прошу, хоть ты меня не предавай. Нам нужно быстро закончить эту постановку. А дальше, я уверен — успех, и я стану неуязвим.
Не очень понимая, о чем говорил Дмитрий, я медленно брела по коридору. Навстречу мне шла Маша, с ней была маленькая девочка.
— Где Митя? — резко спросила она, не поздоровавшись.
— У себя.
Я хотела узнать, что это за девочка, но Маша уже решительно направилась в сторону кабинета.
— Ты классно выглядишь. Очень похорошела. Тебе идет волнение.
— А вот ты, я смотрю, абсолютно спокоен, — быстро среагировала я на Сашечкин комплимент. Я не хотела давать ему очередной шанс на ухаживание.
— Собственно, не вижу повода для беспокойства. Все идет по плану. И, как всегда, все работают. Митя, уж извини, увиливает, тоже как всегда. Думаю, несмотря на трудности, мы в срок выпустим премьеру. Идея абсолютно беспроигрышная.
— Между прочим, идея Митина. Так что основное дело он сделал.
— Ты так уверена? Зря я тебя спрашиваю, ты по-другому ответить и не могла. Повезло Дмитрию. Ты никогда не думала, что можешь ошибаться и выдавать желаемое за действительное?
