Пряча свое преступление, он попытался затащить тело Вихрова за печку. — Тяжелый падла…, — кряхтел Костыль. Наскоро накидав тряпки посреди комнаты, Костыль поджёг их и вышел из дома специально не выключив свет, чтобы огонь разгорелся как следует и не привлекая внимания. Надо было найти Чеснока.
…
Телефонный звонок разбудил меня в 03.15. Я сразу же нажал кнопку ответа, чтобы не разбудить жену и дочек.
— Березин. Слушаю.
— Леонидыч? Это Быков Иван Иванович. — Услышал я знакомый голос. — У нас тут на отделении Женьку Вихрова избили. Я думал до смерти, но он теплым оказался и дышит…
Телефонный звонок разбудил меня в 03.15. Я сразу же нажал кнопку ответа, чтобы не разбудить жену и дочек.
Вихров. Часть первая.
— Березин. Слушаю. — Ответил я, одновременно неохотно выползая из-под одеяла.
— Леонидыч? Это Быков. Иван Иванович. У нас тут на отделении Женьку Вихрова избили. Он еще дышит…
— Ясно. — Коротко ответил я не только потому, что уже и так все понятно, но и потому что не хотелось никого разбудить. Вышел в чулан, набрал номер водителя нашего «УАЗа-хозяйки»:
— Коля надо на «Ильича» ехать.. Там избили кого-то сильно. Быков звонил.
— Леонидыч! У меня бензина только до района…
— Коля. Надо. Ехать.
— Да я понимаю, что надо. Только не доедем мы даже обратно из Ильича. Ты же сам видел сколько нам бензина район выделил. До туда 27 километров! А потом ещё обратно столько же! А если в район надо будет везти? Ещё 35 прибавь.
— Будь на связи. Я перезвоню. — Ответил я и нажал отбой.
«Тик-так, тик-так…» — уходили драгоценные секунды. А я лихорадочно соображал где мне достать бензин для того, чтобы доехать до больного.
«Тик-так, тик-так…»
Моё положение осложнялось ночным временем и отсутствием собственных средств или, хотя бы, бензина. Сижу думаю где достать бензин, вместо того, чтобы уже помощь оказывать.
«Тик-так, тик-так…»
«Кто будет сейчас рад моему звонку, да ещё и с такой проблемой?» — Думал я. — «Они же не медики…»
…пилик-пилик-пилик.., — брякнул телефон в руке.
Первая мысль, которая мелькнула у меня: «Умер».
— Березин.
— Дим, это Вова. — Раздался в трубке голос нашего участкового милиционера. — Ты уже в курсе?
— Да.
— Меня прихвати с собой. Район машину прислать не может, сказали: «изыскивать возможности самостоятельно»
— Я тоже думаю, где бензина добыть.
— Главе звонил?
— Нет. Только разбужу его зря. Сейчас фермеров буду обзванивать. После «уборочной» все равно ко мне капаться от запоя придут. До связи! — Ответил я.
Набрал номер фермера Рыскаева Андрея. Единственная в селе АЗС принадлежала ему. Так она и называлась в деревне «Рыскаевская заправка».
— Алло? — Ответил он вполне бодрым голосом.
— Михалыч? Это Дмитрий.
— Что случилось?
— Бензин нужен. На «Ильича» ехать. Там избили кого-то почти до смер…
— Подъезжай на заправку. Я оператору скажу, чтоб заправила тебя, — не дал договорить он мне.
— Не меня. Скорую. — Ответил я. — Спасибо.
Позвонил водителю и участковому.
…Тик-так, тик-так…
Посмотрел на часы 03.25.
— Ты куда? — Спросонок спросила меня жена, когда я зашёл домой, взял свою сумку с медикаментами и стал собираться.
— На «Ильича». Спи. Ещё рано вставать. Если до утра не приеду, девчонок в садик отведёшь. — Сказал я и вышел на улицу.
Дождь с неба и грязь под ногами добавили тоски в душе.
Я сел на скамейке под навесом возле ворот, закурил. Вскоре, в конце улицы послышался звук мотора нашей «буханки».
***
— Суука-а… — падая произнес Женька. Услышал, как вскочил Костыль, как опрокинулся стол и как захрустела ножка стола.
Вихров захотел подняться, повернулся на живот и попытался встать на четвереньки, поэтому даже не успел увидеть, что Костыль уже замахивается ножкой стола.
От первого удара по голове у Вихрова подкосились руки и он, ничего не успев понять, плашмя упал на грудь. Услышал очень громкий гул в голове и металлический привкус во рту. Боли он уже не чувствовал, а только рефлекторно закрыл руками голову. Гул в голове внезапно стих. Свет померк. Стало темно, сознание куда-то улетело.
***
— Й…, твою мать! — Непроизвольно выругался Иван Иванович.
— Женя! Женя! Кто ж это тебя так? — Сказал он вполголоса.
Женька лежал на полу на животе с приоткрытыми глазами. Застывший стеклянный взгляд. Кровь на лице и в волосах уже спеклась и засохла.
«Убили!» — Подумал Иван Иванович, встал рядом на колени и взял Вихрова за руку.
Рука была теплой.
— Теплая! — Сказал он сам себе и наклонился к его лицу, надеясь почувствовать дыхание.
Лицо Вихрова замерло гримасой боли и недоумения одновременно: сухие потрескавшиеся губы, приоткрытый рот, приспущенные веки за которыми были неподвижные и мутные глаза.
— хх-х…, хх-х — Иван Иванович почувствовал еле слышимое прерывистое и поверхностное дыхание.
— Живой! Дышит! — Воскликнул Иван Иванович. — Держись, Женя! Держись! Я сейчас…, я доктору на центральное отделение позвоню. Он приедет!.. Он…, он обязательно приедет!
Иван Иванович выскочил из двора и быстрым шагом пошел к своему дому. Нужно было срочно позвонить…