16 января 1943 года. Происходит наша смена. 129 пехотная дивизия занимает наши позиции. Мы маршируем по городу и затем по 30 градусному морозу, по холодному скрипящему от мороза снежному ландшафту около 20 км в северо-западном направлении к большому изгибу Волги у д.Лепетиха. Проходимый окоп с блиндажами, места для пулеметов и орудий, располагаются вверху вдоль южного берега. Идеально! Перед нами обвалившийся отвес в 5 или более метров высотой, затем покрытая льдом Волга, которая не позволит ни одному нападающему делать выстрел, и Иван растянул свой окоп в отдалении на 500 м. Если он должен переходить реку, то мы смастерили на отвесном берегу «сверхтяжелые ручные гранаты». Они состоят из прикрепленных на доске 5 см гранаты и ручной гранаты с рукояткой. Снегопады с сильным ветром жестоко надоели нам. Окопы, позиции и входы в бункеры должны оставаться свободными, снежные заносы не имеют конца. Снова в канцелярию. Судьба снова добра ко мне. 21 января вновь попадаю в обоз, рехнунгсфюреру Оскару Шнуркамфу оторвало ногу. Я обязан снять хороший теплый зимний костюм и оставить его на позиции, так я бегу скудно одетый в морозно-холодное утро много километров в лесной лагерь в Мончалово. Промерзший до костей, я стучу в первый дом, из трубы которого идет дым, Когда я вижу испуганные лица жителей, я ставлю свой карабин около дверей, чтобы не достать его, для того, чтобы показать мои мирные намерения, и сажусь около печки. Мое доверие велико, я не вижу опасности, хотя очень легко дело может кончиться плохо. Гостеприимство русских велико, мне предлагают чай, и я снова отправляюсь дальше. Обозом нашего III батальона стал кусок леса вблизи вокзала Мончалово. Так как в этом региона жизнь на поверхности земли не безопасна, для людей и лошадей вырыты под замерзшей землей, покрытые снегом, бункеры. С помощью мин взрывались пласты земли, затем лопатами и совками рыли окоп в 2 м глубиной и достаточной ширины, который покрывался стволами деревьев, балками и досками, сверху засыпался землей. Теперь мы в безопасности от снежных бурь и взрывающихся гранат. Со снабженческими санями я часто по вечерам езжу вперед. Снежные вьюги и темные ночи превращают возвращения в счастливую случайность. Дороги и обозначения больше не видны. Тогда извозчик позволяет лошадям бежать, как они хотят, они всегда находят правильный путь к своему месту. Обратное движение «Буйвол». В середине февраля 1943 начинается погрузка всего вышеперечисленного материала и транспортных средств. Было приказано оставить фронтовую дугу Ржев, которая, как мешок от 160 км глубиной и 100 км шириной вдавалась в немецкий фронт. По местности протянуты другие дороги. При глубоко промерзшем снеге необходимо лишь хорошо убрать снег, этого достаточно для санного и конного пути. Они были развалены, разрушены, заминированы. 1 марта приходит приказ о срочной отмене движения под кодовым названием «Буйвол». Нашим отделениям предписано вновь продолженная «Берташтрассе». При оттепели мы проходим назад в первый день 30 км. Арьергард нашей роты в дуге Лепетиха, обстреливается 200 русскими, которые перешли Волгу по льду. Атака была отбита. На коротких или длинных атаках отступаем. Так, 4 марта, при -20 гр. - 30 км. Оттепель, мороз - доставляют нам много хлопот, но все идет размеренно. Мы, из канцелярии, и функционеры: фельдфебель Эмиль Гулле, Якоб Анфунассер, Георг Коссен, Вилли Рутерс, Эвальд Штеффельд и я, маршируем позади полевой кухни, одной из важнейших повозок. Наши, впереди находящиеся камерады, удерживают в снежных позициях наступающие Советы. По ночам в марше и днем на свободной местности - оборона во льду, в снегу - без пехоты. 5 марта мы достигли одной из линий на высоте на подступах к Сычевке, она должна быть удержана в течение 2 дней. Здесь русский пытается напасть на нас с помощью снабженных мотором саней с пропеллерным приводом - они 7 м длиной, впереди покрыты броней, укреплены 2-мя пулеметами, сзади пропеллер. Безуспешно. Они ранимы по сторонам, так как не покрыты броней, все 7 были отстреляны. 17 марта мы достигаем предусмотренную линию, уже отчасти подготовленную позицию в Никотине, южнее вокзала Дорогобуж. Линия фронта сократилась с 530 км до 200 км. 21 дивизия были окружены. На одной телеге мы еще достаточно быстро едем в лежащую перед новым фронтом деревню и вытаскиваем там картофель, пока он не достался русским. Обозы направляются в «кухонную низину», по-домашнему благоприятное по ландшафту место, 4 км позади HKL, строятся бункеры, даже сооружается так называемая финская палатка, это быстро собранная из фанерных листов большая круглая хижина.
