Вчера на летучке был интересный эпизод. Вел летучку Ярославский. Заключая, он обратил внимание на статейку Трегуба о молодом авторе.
- Вот Трегуб уверяет, что обсуждавшие этого автора писатели правы. А они сказали автору, что нельзя писать выражение: "если подняли руки ладонями вверх". Я спросил, кто так говорит? Отвечают: Вера Инбер. Ну, Инбер комнатный человек. А мы знаем, что ели часто поднимают "руки ладонями вверх". Нижние ветви ели - вниз, а верхние - вверх. Все правильно, и напрасно дезориентировали человека.
2 апреля
Две хорошие полемические реплики.
- Мержанов рассказал, что Луначарский, выступая как-то на собрании с докладом, заявил, что В.И. Ленин требовал то-то и то-то, сказал так-то и так-то.
- Ленин этого не говорил! - бросили реплику из зала.
Луначарский сверкнул из-за пенсне:
- Это он вам не говорил, а мне говорил!
Сегодня у нас был в кинозале просмотр программы, эстрадной студии, руководимой Смирновым-Сокольским. Сей муж, конферируя, вспомнил словесный бой Луначарского и митрополитом Веденским.
Луначарский, доказывал какой-то материалистический тезис, заявил:
- Ну что такое картошка - простая вещь: крахмал, сахар и вода.
- Очень хорошо, Анатолий Васильевич, - ответил Веденский. - Вот вам крахмал, сахар и вода. Сделайте из них картошку.
Недавно к Мержанову зашел знакомый. Разговорились - он старый приятель Коккинаки.
- Хочешь, я ему сейчас позвоню. Телефон: Д1-20-27.
- Ошибаешься, - возразил Мартын. - Его телефон Д3-49-41.
- Нет.
Поспорили на бутылку "Пино-гри", любимого вина Мартына. Он тут же позвонил по телефону Д3-49-41. В ответ раздался характерный густой бас Владимира.
- Володя?
- Да. Кто говорит?
- Мержанов. Вот тут у меня сидит такой-то. Говорит, что твой домашний телефон Д1-20-27, а я утверждаю, что этот.
- Ну и что?
- Поспорили.
- На что?
- На бутылку вина.
- Хорошего?
- Хорошего.
- Тогда отдай бутылку ему: ты звонишь мне на завод.
Диалог весьма типичный для Коккинаки.
19 апреля
Суббота. Забавный день. Утром был на суде. Написал. Днем занимался Черевичным - достал его радиограммы из лагеря, комментировал. Вечером поехал на партийное собрание 2-го часового завода. Около часу ночи зашел ко мне зав. информационным отделом.
- Завтра 60-тилетие композитора Мясковского, напиши 100 строк. Поспелов требует.
- Так я же ничего в музыке не понимаю, Мясковского не видал и не слыхал.
- Ничего не поделаешь, некому.
Взял вырезки, справочники. В два часа ночи сдал сто строк.
Чем только не приходится заниматься газетчику! Прислуга за все!
Сегодня от нас ушел Ровинский - он назначен редактором "Известий". Известинцы в панике звонят мне и домой и в редакцию, кто он таков, как у нас расценивают сие, каково общее мнение?
- Жалеют нас и вас, - отвечаю я.
И действительно жаль, что он ушел. Это был настоящий газетчик, с огнем, великолепным знанием дела, носитель газетных традиций "Правды". при нем все были спокойны: хороший материал не пропадет, плохой встретит серьезнейшие преграды, ошибочный - не пройдет. За долгие годы работы в "Правде" с Мехлисом он вырос в настоящего редактора.
Но вот, что странно: умный, остроумный человек, любящий шутку, веселье, игру, он, в то же время, был очень сухим и черствым. К людям он относился абстрактно, схематично. К нему очень хорошо подходили слова:
"Забота о живом человеке у него начинается тогда, когда он полумертвый".
23-24 апреля
Два дня (два вечера) продолжалось совещание передовиков редакции. Вел его Ильичев - секретарь редакции, присутствовали: Заславский, Гольденберг, Железнов, Иткин, Гершберг, Печерский, Иванов, Корнблюм, Вавилов, Коссов, Верховский, Домрачев, Кружков Н., Трегуб, Азизян, я и еще два-три человека.
Обзорный доклад сделал Заславский. Оказалось, что в прошлом году больше всех передовых написал Гершберг - 56, Заславский - 35, Ушеренко (ныне зам. редактора "Угольной промышленности", а тогда - член редколлегии)- больше 40. У меня что-то около десятка. Заславский анализировал тематику, форму, содержание.
Затем Гольденберг сделал доклад о передовых в иностранных газетах, а Железнов - сообщение о работе над передовой. Потом - прения. Стенограмма велась Титовой.
Между прочим, было напомнено указание т. Сталина, сделанное нам пару лет назад: поменьше плакатности в передовых (т.е. тривиальных агиток).
25 апреля
22 апреля в Кремле состоялся прием в честь участников только что закончившейся в Москве декаде таджикского искусства. На приеме с речью выступил т. Сталин. От нас там было несколько человек, в том числе Оскар Эстеркин (Курганов). Он записал речь, ее послали, но оттуда не вернули. Оскар рассказывал речь (передаю в изложении Оскара):
- Мы забываем о Ленине. У нас слишком возносят теперешних руководителей и забывают создателя партии и государства. Конечно, мы тоже кое-чего стоим, но все мы светим отраженным светом Ильича.
