Сначала я не заметил ничего особенного. В глаза только бросилась ее необычная простота и ясность. Потом я почувствовал желание постоять около, потом посидеть. И смотреть, смотреть. Нам попался очень толковый гид Ротенберг. Он раскрыл нам художественные особенности картины, и она начала доходить до нас вся. Так же, как Белинский в 1848 г, мы начали видеть, что Иисус на руках - не младенец, а будущий властелин. И образ мадонны, держащей в руках не сына, а будущее мира, осветленной провидением исторической роли сына.
В нашей группе были Заславский, Кононенко, Курганов, Полевой, Лукин, Гершберг и др. Полевой вспомнил, как увозили эту картину из-под Дрездена. Директор музея Меркуров рассказывает, что все эти картины найдены в горах, спрятанные немцами, и являются военными трофеями. За "Мадонной" из Москвы прислали специалиста. Стал вопрос транспортировки. Командир фронта Конев дал свой самолет. Специалист отказался:
- А если он разобьется?
- Это мой личный самолет, - сказал Конев. - Я, маршал, летаю на нем и не боюсь, что разобьется.
- То - маршал, а то - мадонна! - ответил тот.
Окончив осмотр картин, мы поднялись в зал скульптуры. Там всеобщее внимание привлекла полуразрушенная фигурка Гулящей античной девки (мрамор), полная динамики, экспрессии, и потрясающего мастерства исполнения. А вся она - с пол-аршина!
На выходных встретились с директором музея скульптором Сергеем Дмитриевичем Меркуровым. Широкий, черный, чернобородый, энергичный, шумный, умный, любящий себя показать, с нарочито грубоватой. и двусмысленной речью. Ему за 60, но проворен юношески. Обожает анекдоты, острые словечки, остроты. Острит непрерывно.
Он заявил, что узнав о посещении правдистов, решил им сам все показать. И потащил нас знакомиться с фондами музея. То, что я когда-то собирался писать "В подвалах такого-то музея". Мы не пожалели.
Меркуров спросил, как нам понравилась "Мадонна", и рассказал по этому поводу две занятные истории.
1. Один художник, посмотрев Мадонну, вернулся домой и изрезал в куски свою картину. Меркуров рассказал об этом Ворошилову. Тот рассмеялся и заметил: "А из него толк выйдет!".
- Это был молодой художник? - спросил я.
- Конечно, молодой. - ответил Меркуров. - Старые считают, что это Рафаэль должен резать картину.
2. Показывал Меркуров Мадонну одному хозяйственнику. Тот спросил: "Сколько она стоит?". Меркуров ответил, что оценить трудно, но, во всяком случае, многие десятки миллионов долларов. Хозяйственник долго смотрел картину, подошел, пощупал и недоумевающе сказал: "А с виду - обыкновенное полотно".
По сему поводу Меркуров заметил:
- Он не знал, что на рояли играют и "Чижика" и "Кампанеллу".
Вообще же к собранию Меркуров относится с величайшей почтительностью, хотя заявляет, что в живописи ничего не понимает, но сознается:
- Если бы я видел все это 47 лет назад - я бы заново учился. Или хоть бы сейчас мне было бы 30 лет!
Он мучится, что музей тесен, грезит о новом помещении, говорит, что добивается в ЦК расширения за счет ИМЭЛа:
- Перефразируя известное материалистическое положение, я могу сказать, Что у нас количество заедает качество.
Фонды музея действительно грандиозны. Мы видели сложенные штабелями, как дрова, папки с подлинниками рисунков виднейших художников Запада и Востока (а их в музее десятки тысяч), гигантскую коллекцию фарфора в подвали - навалом (Меркуров не удержался и сострил: "Одна генеральша спрашивает: а где же тут сервизы?")- и впечатление действительно не музея, а магазина посуды Кузнецова и Ко (по словам Меркурова), смотрели чудесные ткани Египта, золотые изделия Тибета. Куда все это ставить?
Рассказывал он, кстати, занятную историю из молодости, которую можно использовать в рассказе:
Сидел он с приятелем в кафе. Тот пьян в дым. Вдруг входят и садятся напротив два человека - вылитые близнецы. Меркуров решил воспользоваться этим, чтобы уговорить приятеля больше не пить.
- Хватит тебе, ты пьян.
- Кто? Я? Ничуть!
- Ну я тебе докажу. Сколько сидит человек напротив?
Тот посмотрел.
- Конечно, один!
Концовка сцены была очень комичной.
31 января.
Уже несколько дней (с 29-го) у нас идет партийное собрание, посвященное вопросу об идеологической работе партии. Докладывал редактор отдела пропаганды генерал-майор Д.Т. Шепилов. В своем докладе он обрисовал значение идейного фронта, исключительное внимание, которое партия в последнее время уделяет этим делам. Он провел целую цепь последних решений по этому вопросу, начиная от постановлений по "Звезде" и кончая решением об открытии Академии общественных наук и ВПШ.
Коротко сказал он о философской дискуссии. По его словам, основные указания Хозяина по книге Александрова "История западноевропейской философии" сводится к следующему:
объективистский книжный подход к изложению философских систем.
изложение идей дается в аполитическом духе.
не вскрыта до конца реакционная сущность немецкой философии конца 19 века.
не показана ярко разница между боевой революционной марксистской философией и разными теоретическими течениями.
