В 19.45 зашел за Бобом, и мы поехали в зал «Маньо», чтобы посмотреть «Янки»[699]. Я пригласил Керли, и им – ему с Бобом – фильм понравился, а вот я еле высидел. Типичный фильм сороковых годов, и если хочется посмотреть такой, их полным-полно по телевидению показывают, и там играют великолепные актеры, красавцы вроде Тайрона Пауэра, а не какой-то Ричард Гир! К тому же, в этом фильме не показаны ни война, ни бомбежки. После фильма мы отправились в «Студию 54» на показ мод Клода Монтаны. Он как раз заканчивался. Ларисса сказала, что Клод Монтана – гений, и спросила меня, не хочу ли я с ним познакомиться. Перед клубом я видел его огромный фотопортрет, на все два с половиной метра, а тут она вытащила откуда-то полутораметрового шибздика с бородкой, в американской одежде, и сказала: «Вот он, только он очень робкий».
Четверг, 6 сентября 1979 года
Я проснулся, а кругом – Дэвид. Ураган «Дэвид». Похоже, всю ночь шел сильный дождь, и из-за него-то я, наверное, и просыпался посреди ночи. Вышел на улицу раздавать
В газетах сегодня заголовки про Дэвида Кеннеди, который ездил в Гарлем покупать наркотики. Он ведь тот самый бешеный тип, который подрался с Фредом в «Ксеноне». Он так славно попросил полицейских: «Меня зовут Дэвид Кеннеди, только, пожалуйста, не сообщайте моим родственникам, я просто хочу уехать в Хайаннис[700]».
Суббота, 8 сентября 1979 года
Съездил в Форест-Хиллз. У меня были хорошие места. Заходил в раздевалку к спортсменам. Меня поприветствовала Билли Джин Кинг. Посмотрел, как играли Мартина Навратилова и Трейси Остин, однако мне совсем не нравится смотреть, как играют девушки, я терпеть не могу их манеру игры, они просто плохо играют, это невыносимо.
Макэнрой и Коннорс играли в матче друг против друга, однако они такие одинаковые – один и тот же типаж.
Вторник, 11 сентября 1979 года
Я пригласил Марину Скьяно на ужин у Чарльза Эванса, и мне пришлось идти пешком до Арсенала, чтобы встретиться с ней. Она была там на антикварной ярмарке вместе с Джедом. Входные билеты 3,5 доллара, и я сдуру заплатил за них, потому что никто не сказал мне, что ярмарка проводилась под эгидой Музея народного искусства, а я там – один из членов правления. Я познакомился с человеком, который управляет этим музеем, его зовут Бишоп, он считает, что моя коллекция ни к черту не годится. Идиот. Я, в любом случае, сейчас ненавижу «американское примитивное искусство», всю эту пеструю раскрашенную ерунду, – она выглядит, как какое-то барахло, все эти игрушки, карусели и индейские корзинки.
На ужине у Чарльза Эванса был Бо Полк, который оказался знаком с каждой женщиной, которая там была. Он разошелся со Стефани Маклюэн[701], но она тоже была на ужине. Бо обвинил меня в том, что именно я познакомил его с Барри Ландау, но на самом деле он понимает, что я-то как раз предупреждал его быть с ним поосторожнее.
Суббота, 15 сентября 1979 года – Нью-Йорк – Чэдс-Форд (Пенсильвания) – Нью-Йорк
Сюзи Франкфурт заехала за нами на лимузине, который принадлежит одному ее клиенту, он занимается ремонтом и отделкой помещений. Прекрасный день.
Мы отправились прямо в музей реки Брендивайн, а после него кто-то из местных повез нас к дому Фролика Уэймута. Он натянул там тент от солнца, подал хороший салат с курицей. Там были правильные гости. Леди Берд Джонсон[702], Генри и Ширли Фонда и всякие старые богатые дамы, похожие на бульдогов. Потом мы отправились к Джейми Уайету, который все это время давал интервью журналу «Уименс уэр дейли», а Филлис была в бассейне. Я разговаривал с Ширли Фонда. Она сказала, что они было продали Дэвиду Бреннеру свой дом на Ист-Сайде в Нью-Йорке, на 79-й улице, но в самый последний момент тот пошел на попятную, заявив, что слишком знаменит, чтобы быть владельцем дома. Она сказала, что если уж Генри Фонда может быть домо владельцем, то Дэвид Бреннер тоже может. Однако она очень рада всему этому, потому что они теперь опять сдают этот дом, за пять тысяч долларов в месяц, и так получают больше денег. Когда она проводила уборку в доме, она нашла за книжными полками большой золотой крест, который стоит около 20 тысяч долларов, и теперь они хотят выяснить, кому же он принадлежал. Она сказала, что оставить его себе было бы против ее принципов. Я так понял, что его очень хотела бы заполучить Сюзи, ведь она обожает золотые кресты.
