Мы отправились к Фролику, чтобы переодеться. Женщины надели свои бальные платья. Да, а у Генри Фонда все зубы – свои. Он ел зеленые яблоки. Я уверен, что они у него свои, потому что они чуть потемневшие. Сюзи скрутила косяк, но как-то невовремя. Я выпил джулеп, один из этих напитков с мятой, и меня стошнило. А Сюзи забыла покормить шофера – ну не ужасно ли?
В музее Фролик познакомил меня с губернатором Скрентоном и его женой, а также с некоторыми старыми дамами. Я выпил пару коктейлей, сделал несколько фотографий, поужинал. Марина Скьяно и Джед поменяли именные карточки, чтоб сидеть рядом друг с другом – иначе их не устраивало. Я сидел рядом с Нэнси Хэнкс, с одной стороны, и сестрой Генри Макэлхини[703], ее зовут Бонни Уинтерстин, с другой. Нэнси Хэнкс – глава Национального фонда поддержки искусств, и это она, я думаю, пригласила Джейми к себе в консультативный совет, Национальный совет по делам искусств. Бонни Уинтерстин была замечательная, забавная. Она полная, с седыми волосами, которые сильно стянуты на затылке. Несколько лет назад она продала японцам десять самых известных картин из своей коллекции, когда они шли по самым высоких ценам: как она сказала, ей чертовски надоели все эти люди, которые заявлялись к ней и требовали, чтобы она разрешила посмотреть на эти картины. Я встретил ребят во фраках и галстуках-бабочках, которые сказали мне, что они познакомились со мной двадцать лет назад в Университете Пенсильвании, когда мы с Эди приезжали туда с моей выставкой. Мы уехали около половины одиннадцатого вечера, и я заснул в машине по дороге.
Воскресенье, 16 сентября 1979 года
Отправился в «Трейдер Викс», на вечеринку, устроенную в честь фильма «Янки» Лестера Перски. Как оказалось, это был ужин для избранных – нас всего было четырнадцать человек. Лестер приехал с Ричардом Гиром, а потом подтянулись Джон Шлесинджер и Томми Дин. У Лестера теперь реденькая бородка. Ричард Гир спросил, как мы с Лестером познакомились, и я рассказал ему, что это было лет десять назад, можно сказать, под забором, и на этот раз Лестеру мои слова вовсе не пришлись ко двору, так что это была моя первая бестактность. Ричард Гир сказал, что лет десять назад он приехал в Нью-Йорк на автобусе из Нью-Джерси и первым делом отправился смотреть наш фильм «Мотоциклист» (
Позже появился Стив Рубелл. Когда Стив в нормальном состоянии, он такой сдержанный. Лестер рассказывал всякие смешные истории. Тут я допустил еще одну бестактность. Я сказал, что здесь так весело и замечательно, что никто не должен уходить. А Стив сидел прямо рядом со мной. Я даже не подумал про вечеринку у него в «Студии 54», я просто хотел, чтобы Лестер еще потратил сколько-то денег, развлекая нас, потому что обычно он такой скупердяй. Джон Шлесинджер выступил с речью.
Понедельник, 17 сентября 1979 года
Та к с и на Юнион-сквер (4 доллара). Мы устроили ланч в честь Джека Кролла из «Ньюсуика»[704], и я еще пригласил двух его друзей: парень снял фильм «Античасы», который очень понравился Джеку, а девушка, я не понял, была то ли его любовницей, то ли просто пиарщицей. Это небольшой артхаусный фильм. Мне говорили: «Фильм, как у тебя» [
Боб сказал мне, что он старается завязать отношения с «Ньюсуиком» потому, что они могли бы сделать про меня статью и поместить фотографию на обложке, но только я этого не хочу. Ну что такого они там выскажут? Репортеры ведь только способны выдавать старое за новое. «Он живет на Верхнем Вест-Сайде с двумя таксами и иногда выступает в роли подпорки для Полетт Годдар». Ну, может быть, они так же все это воспринимают, как и я сам, – что все это слишком скучно, ведь нужно же как-то расстараться: жениться там, или завести парочку детей, принимать наркотики, или похудеть на несколько сотен фунтов, или же умереть – вот тогда статья получится.
