Дневники Энди Уорхола полностью

Пригласил Ультра Вайолет на ланч, и при дневном свете она и в самом деле выглядела старой, а вот вечером, да с косметикой, она выглядит просто волшебно.

Потом в офис пришел Дивайн. Он сказал, что у него есть две тысячи долларов, которые он хотел бы потратить на подарок ко дню рождения для Джоан Квинн, и я ему сказал, что у нас нет ничего дешевого. Правда, потом мне пришло на ум, что – да наверняка так и есть! – он просто должен был купить что-то по просьбе мужа Джоан, который и дал эти деньги Дивайн. У Дивайн просто не могло быть лишних двух тысяч на подарок.

Я не знаю, почему Дивайн такой толстый, он съел всего один сэндвич, а когда я ему предложил еще один, он сказал: «О, нет, спасибо». Ко гда смотришь на Дивайн, то про него вообще невозможно сказать, мужчина это или женщина. Может быть, из-за длинных сережек. Ну, таких, как у Эди Седжвик. Кстати, лицо у него такого же типа, что у Эди, только толстое. Заходил Руперт, помогал мне.

Боб очень волновался, ему предстояло в этот вечер прочитать лекцию в Бард Колледже, и он уехал в четыре часа дня. Его первая лекция – о сплетнях. Позвонила Кэрен Лернер, сказала, что наше время в передаче «20/20» сдвинули еще на две недели. Но, как мне кажется, я больше уже не хочу заниматься этим, в любом случае, потому что когда тебя покажут по телевидению, реклама слишком большая и слишком многие про тебя узнают. По-моему, мои дела идут вполне неплохо и с той небольшой рекламой, которая у меня есть. А иначе тебя потом могут начать использовать. А это страшно. Да-да, по-моему, можно вполне сносно существовать, когда есть постоянная небольшая реклама. Позвонила Кармен д’Алессио[751], сказала, что навещала Стива Рубелла в тюрьме и что он там спит, ест и играет в гандбол. Он также ведет переговоры с Нилом Богартом[752] насчет продажи «Студии 54». Он говорит, что когда выйдет на свободу, хочет заняться чем-нибудь совершенно другим.

Потом я уехал на встречу с Ричардом Вайсманом и Кэтрин в «Мэйфэр-хаус». Кэтрин работает у Вайсмана уже какое-то время, и они начали прямо при нас переругиваться. Как выяснилось, она только что сказала ему, что уходит. Работа была легкая – он просто посылал ее по магазинам, чтобы она покупала подарки (коктейли 20 долларов).

Поехали на такси к Диане фон Фюрстенберг (4 доллара). Повздорил с шофером – потому что тот хотел ехать по своему маршруту. Ричарда не приглашали, однако он – кавалер Кэтрин. Первым, кого я там встретил, была Лаверна из «Лаверны и Ширли»[753], и мы говорили про картину под названием L, которую я должен был сделать для нее. Ричард вел себя по-хозяйски – он, впрочем, почему-то всегда так себя ведет. Он очень неуверен в себе, действует на нервы, так что от него порой лезешь на стену, однако он симпатичный. Он поблагодарил Диану за то, что та его пригласила, а она его, оказывается, вовсе не приглашала. Также были Гарри Фейн и Барри Диллер. Вечеринка была в честь Ноны Саммерс и ее мужа, чье имя я вечно забываю, вот все и думают, что я вечно «торчу». Это теперь новое прозвище для меня, они меня теперь «торчком» называют. Вот даже в «Ньюсуике» так написали.

Как всегда, все те же самые… Берри Беренсон[754] и ребята Ниархоса, такие смешные, особенно если видишь, как Фред их всех изображает, эту их шепелявость. Повсюду носилась Барбара Аллен, она всем говорила, что все ее любовники собрались здесь – Мик Флик, Мик Джаггер, Филипп Ниархос и Брайан Ферри. Выглядит Барбара волшебно.

Диана фон Фюрстенберг сказала, что ей не терпится прочитать «ПОПизм», что всем эта книга очень нравится. А потом приехала Сильвинья с Ричардом Гиром, она сказала мне, что я – ее шестидесятые годы, и поэтому она постарается быть моими восьмидесятыми. Сильвинья берет уроки живописи у Мати Кларвейна, того художника, у кого ребенок с Катрин Милинер. В общем, Сильвинья со своей подругой разговаривали о том о сем, и Сильвинья сказала, что она спит с другом Макса Делая, с этим итальянским пареньком Данило, – она говорила это, когда Ричард отошел, и потом сказала: «Не знаю, что с Ричардом делать: мы до четырех утра гуляем, потом иногда занимаемся сексом, иногда нет, а я так хотела бы расширить его кругозор, поводить по галереям».