Таможня опять была отвратительной. Взял такси в город (20 долларов). К часу дня добрались до офиса. В конце концов Ти т т и Вахтмейстер сказала, что я могу привести Джона на прием в честь шведского короля – это в «Реджинет». Ну вот, потом я ему позвонил, а он даже и не знал, хочется ему туда идти или нет. Я уже вовсю нервничал, пил кофе – ведь у меня в четыре открытие выставки, ретроспектива моих принтов в галерее Кастелли. Лео позвонил мне и спросил, когда же я наконец приеду к ним, он хотел показать мне мою фотографию, ее сделал Ханс Намут[1010], и она получилась совершенно чудесной.
Выставка мне ужасно не понравилась. И еще эта Этель Скалл сказала: «А меня ты помнишь?»[1011] [
Лестер Перски пригласил меня на свою вечеринку с коктейлями – до приема в честь короля Швеции, однако я не мог пойти туда, потому что мне удалось выманить Джона на прием в честь шведского короля, только пообещав ему, что я сначала поведу его на вечеринку-сюрприз, которую устроил Джорджо Сант-Анджело в честь Марины Скьяно.
Да, я забыл рассказать самое интересное, что случилось на моем вернисаже. Когда появился Уоррен Битти с Дайан Китон, я допустил оплошность, сказав: «А я только что читал про вас статью в “Плейгерл”, и они оба воск ликнули: «Боже ты мой!» и тут же выбежали вон[1012]. Я не понял, зачем они приходили, – хотели купить какие-то работы или же, может, Дайан Китон просто хотела пофотографировать? Но они, так или иначе, очень постарались добраться сюда, попасть на эту выставку, где было столько народу, так что это, в общем, было мило с их стороны.
Позже, в «Реджинет», мне очень понравился ужин, это было здорово. Красавица, что сидела рядом с Джоном, оказалась из Аргентины, она модель из агентства «Форд», и ей не откажешь в остроумии: она взяла и съела бутерброд, который я подписал. И [
Воскресенье, 22 ноября 1981 года
Решил пойти посмотреть выставку Роя Лихтенштейна в музее Уитни, я позвонил Джону и спросил, не хочет ли он сходить туда. Дошел туда пешком по Мэдисон-авеню (билеты 4 доллара). Побывал на выставке, она великолепная, я очень позавидовал.
Вторник, 24 ноября 1981 года
Приехал в 9.50 к леди Шэрон на занятия физкультурой и провел там время как нельзя лучше: целый час занимался. У тренера, ее зовут Лидия[1013], губы были накрашены розовой губной помадой «Мун-дропс» фирмы «Ревлон», а Крис мне все говорил, что у меня слишком бледные губы, поэтому, заплатив ей за занятие (30 долларов), я тут же направился в «Блумингдейл» и купил себе губную помаду (3,75 доллара).
Я работал, некоторое время занимался живописью, а потом, после того как у Винсента было достаточно времени на подготовку, отправился к Ларри Риверсу, где Винсент снимал (такси 5 долларов). Ларри сделал с нами хорошее интервью. Было только странно: он сказал, что ему подтянули кожу вокруг глаз, удалили шрам, и я просто не мог поверить, я сказал: «Та к почему же ты не попросил, чтобы тебе и нос сделали?» И он ответил, что тогда это бы изменило его характер! Ларри говорил, что стареет, и я сказал ему, что не нужно так относиться к себе. Он сказал, что ему пришлось переспать с Джоном Бернардом Майерсом, чтобы выставить свои работы в его галерее, и, Бог ты мой, он столького добился, он же был еще и бойфрендом Фрэнка О’Хары[1014]. Ларри дал нам хорошее интервью, которое мы записали на видео, но теперь мне нужно будет взамен дать интервью ему. Ларри странный человек, он, в общем-то, хороший художник, но чокнутый.
Потом я решил, что дам обед в честь Дня благодарения за два дня до него, потому что на сам День благодарения все мои друзья уезжают из Нью-Йорка. Я сказал, чтобы Джон, Кристофер и Питер пришли в восемь вечера. Питер делает прекрасные пироги. Мы слушали рождественские песенки, и мы объе лись. А потом пошли наверх, Крис раздвинул мебель и мы стали играть в шарады.
