Фильм прекрасный, мне очень понравился, такой декадентский. Там вообще нет женщин, только эти ребята, которые дерутся. Митчелл Лихтенштейн выглядит отлично, прямо как его отец, Рой, двадцать лет назад, и я уверен, что Дэвид Кит будет новым Джоном Уэйном.
Воскресенье, 13 февраля 1983 года
На улице все в снегу, погода прекрасная, не слишком холодно. Ходил в церковь. Позвонил Нельсон Лайон, и мы посплетничали. Он сказал, что прошлым летом Пол Моррисси разговаривал с Бобом Колачелло на каком-то греческом острове, где они жили за счет Томаса Амманна, и Боб сказал Полу, что подумывает о том, чтобы уйти, потому что я все еще не знаю, как правильно писать его фамилию. Ну послушай, ведь я всегда думал, что с его стороны было глупо изменить написание фамилии – впрочем, он на самом деле почти ничего не изменил в ней: она была «Колачьелло», а стала «Колачелло», вот и все. Я хочу сказать, если бы он хотел, чтобы я правильно ее писал, уж изменил бы на действительно простую – на такую, которую даже я в состоянии писать правильно.
Вторник, 15 февраля 1983 года
Проснулся с все тем же старым добрым ощущением несчастья и гадости. Ох, вот разве что Люси осчастливила меня сегодня утром. Из «Я люблю Люси». Она такая смешная. Она приходит в ресторан «Браун Дерби»[1147] с Этель и Фредом, ну, со своими друзьями, и там начинает таращиться на Уильяма Холдена за соседним столиком, а он в ответ таращится на нее, пока она ест спагетти, и Этель даже приходится обрезать длиннющие спагетти маникюрными ножницами. Ох, как же это хорошо сделано. А потом Люси приходит, изменив внешность, с фальшивым носом, и он загорается, когда к ее сигарете подносят зажигалку! Это – самый смешной эпизод.
Позвонил Кэтрин насчет ланча, который мы устраиваем сегодня после полудня в ее честь у нас в офисе. Она пригласила человек тридцать. За мной заехал Бенджамин, мы отправились к Доку Ко к с у, и там была Розмари, она снова вышла на работу. Она сказала, что по ночам ей не спится, и она слушает Малера, читает книги про иконы, а потом в четыре утра приходит на работу и уходит в десять.
После врача пошел в «Сотбис», они попытались заставить меня сдать мои сумки в камеру хранения, но я сказал им, что ничего сдавать не буду, тогда они не пустили меня внутрь, и я ушел прочь, сказав напоследок, что они навсегда потеряли меня как клиента – я больше никаких дел с ними не буду вести. Я хочу сказать, мои сумки – это же моя «дамская сумочка». А дам никогда не заставляют сдавать свои сумочки в камеру хранения, так почему же я должен это делать?
Забыл сказать, что Дайана Росс прислала мне большую коробку шоколадных конфет – «поцелуйчиков», она же сама такая сладкая, и мне нужно будет ей тоже что-нибудь послать. Все выглядело так, будто она своими руками заворачивала эту посылку.
Да, еще: этот Псих Мэтти приходил в дом 860, оставил там самую ужасную записку, безумную, как у этого Хинкли[1148] или что-то в таком роде.
Боба Колачелло пригласили прийти на наш ланч в честь Кэтрин, однако он отказался, сказав, что у него «встреча с литературным агентом».
Среда, 16 февраля 1983 года
Еще один ланч в офисе в честь Кэтрин. Она сказала, что в Англии очень подружилась с Бобом Диланом. Она там, надо думать, без конца принимает гостей, водит их по своим домам. Она сумасбродка, эта Кэтрин. И многому научилась у Тома Салливана.
Смотрел «Династию». Джоан Коллинз так хорошо играет. Там снимают бинты с лица ее сына-гомосексуалиста, и это так смешно, ведь сейчас, оказывается, мужчины устраивают все те же самые старые штучки, как это делали Бетт Дэвис и Джоан Кроуфорд – ну, когда «снимают бинты».
Четверг, 17 февраля 1983 года
Сегодня прекрасный весенний день, ну, почти что. У меня было свидание с леди Шэрон и Джилл Фуллер в ресторане «21» во время ланча, у Джилл – день рождения, и я принес ей в подарок «Знак доллара». Я был удивлен, когда, посмотрев на ее руку, не обнаружил обручального кольца, и она сказала, что все уже позади – это был просто какой-то молодой человек, с которым она познакомилась на дискотеке. Он обозвал ее старой кошелкой или чем-то в таком духе, вот она его и прогнала.
