Дневники Энди Уорхола полностью

Раушенберг был самым лучшим на этой выставке: почему-то его вещи выглядели совершенно новыми, свежими. Не понимаю, отчего так. Правда, вещи Джаспера Джонса тоже хорошие. Картина Сигела смотрелась эффектно, потому что очень большая, но все же она безобразная. Шины снаружи музея выглядели до того потрясающе, что можно было подумать, будто и вся выставка такого же уровня или около того, однако музей Уитни невелик. У них есть и мои ранние вещи, много моих вещей. Жан-Мишель сказал, что, на его взгляд, они лучше всех других, но ведь, сама понимаешь…

Потом я бродил по улицам, пришел домой, вскоре позвонил Жан-Мишель. Ну, теперь он снял номера в двух отелях. Один номер в «Ритц-Карлтоне», а другой в «Мейфэр Риджент» на 65-й улице. Наверное, он соревнуется со мной, хочет жить где-то на элегантных Восточных 60-х улицах. Я сказал ему, что у нас ужасно ловит телевизор, но он мне не поверил, а вот когда он поселился в «Мейфэре» и обнаружил, что не может найти канал Showtime или что-то еще, тут до него наконец дошло. Да, хорошие телепрограммы – это важно. В общем, он вернулся в «Ритц-Карлтон». У него там большое джакузи.

Понедельник, 24 сентября 1984 года

Утром я помчался к доктору Ли (такси 4 доллара). Сделал несколько анализов крови, и вдруг она их выплеснула прямо на меня, эту кровь. Мне предписано трижды в день есть рис, но я жульничаю: ем рисовые крекеры. Придется поехать на панихиду по Трумену. Потом у Си-Зи Гест будет прием. Стив Рубелл лучше всего выразил мои ощущения, сказав: «Если ты не пойдешь на мою панихиду, я не пойду на твою». Вот и договорились. Джей идет туда – по-видимому, они с Кейт снова сошлись.

Я спросил Пейдж, не хочет ли она пойти со мной на вечеринку Ахмета Эртегюна в «Карлайл» (такси 3 доллара). Ахмет встречал гостей в дверях. Были все те же: Джерри Зипкин, Мика и Чесси. Свет был сильно приглушен. Там была миссис Бакли и Шарлотта Кертис, и Шарлотта крикнула мне: «А-а, ты красишь брови!» Ну что можно ей на это сказать? «Ага, они двух тонов». У Шарлотты всегда такое кислое выражение лица. Но все же она мне нравится. Она писала такие отличные колонки в шестидесятые. Пейдж оказалась там самой молодой.

Вторник, 25 сентября 1984 года

Я забыл рассказать, что когда я был у доктора Линды Ли, пришла Роберта Флэк и сказала: «А я видела тебя в это воскресенье в церкви святого Винсента». Она объяснила, что сама ходит в баптистскую церковь, а в мою просто забрела случайно.

Бродил по Пятой авеню.

Псих Мэтти явился к нам в офис, но Бриджид его выгнала. Он опять похудел, но вроде бы в порядке, чокнутый не больше, чем обычно, нормальный такой псих. Не думаю, что с ним все еще живет та женщина, которая обитала в его номере. И вот почему сумасшедшие способны обзаводиться бойфрендами и подругами, а нормальные – не могут? Ты можешь мне это объяснить?

Меня пригласили на корабль Малкольма Форбса, где будет еще и миссис Маркос.

Я очень хотел бы получить заказ на ее портрет, прежде чем у них там что-нибудь случится. Фред Лейтон, должно быть, всякий раз невероятно радуется, когда узнает, что она приехала в Нью-Йорк. Она ведь приходит к нему в ювелирный магазин и оставляет там просто-напросто миллионы. Работал до семи.

Среда, 26 сентября 1984 года

За мной зашел Бенджамин, мы вышли на улицу и тут же наткнулись на Психа Мэтти. Мы взяли такси, и он отвязался от нас, но потом через два квартала нагнал нас, подошел к нашему такси, которое стояло у светофора, открыл переднюю дверь – заднюю я на всякий случай закрыл – и стал просить денег. Короче, он теперь научился вымогательству.

Четверг, 27 сентября 1984 года

Разговаривал с Китом Харингом, который сказал, что у него на днях было препоганое настроение, и он пошел в музей Уитни и посмотрел выставку поп-арта, увидел моего «Дика Трейси», и ему он страшно понравился, а я сказал, что его недавно продали за полмиллиона долларов, и он ответил, что это недостаточно, эта вещь стоит миллион и что если бы у него был миллион, он бы ее купил. Было очень любезно с его стороны – сказать такое. А как приятно это было услышать! Эту вещь купил Сай Ньюхаус у Ирвинга Блума. Пошел на встречу с Брентами – поужинать в «Джемс» (такси 6 долларов). Я сказал метрдотелю, что мы хотели бы сесть внизу, но он и в этот раз отвел нас наверх, и позже я понял, почему – прямо позади меня сидел Роберт Редфорд, и с ним были его, наверное, жена и дочка. Я ничего не сказал ему, потому что это было бы не круто, но когда вернулся домой, то случайно прочитал интервью с ним в старом номере Playboy и решил, что на самом деле просто должен был поздороваться с ним, потому что он, оказывается, в какой-то момент своей жизни попытался стать художником, и еще он там говорил о том, как в пятидесятые годы был художественным редактором одного журнала в Нью-Йорке. А я ничего этого и не знал! Это значит, что он обо мне, несомненно, знает.