Новый вал привезли точно в срок, названный Глебовским, установили на стан, благополучно прокрутили вручную и можно было бы начинать комплексное опробование, однако что-то заело у электриков. Примчался заместитель главного энергетика, суетливо запричитал: «Ну, что у вас тут, ребятки? Говорят, у механиков все готово! Не подкачайте, пожалуйста!»
Электрики сгрудились у главного пульта. Подошел Марк:
– В чем дело, Витя?
Мамкин бросил на Марка сердитый взгляд:
– Не знаю. Сами понять не можем. Вот прозвоним схемы, тогда будет ясно.
– Но, когда?
– «Когда? Когда?» – передразнил Мамкин. – Через час.
Прошел час, полтора, электрики продолжали копошиться у пульта. Марк отправился подгонять своего приятеля:
– Сколько можно возиться? Ждем больше часа. Мамкин психанул:
– Это сложнейшая электросхема! Могут быть десятки причин ее сбоя, попробуй сразу найти. Этот придурок энергетик прибегает: «Ребятки, не подкачайте!», теперь ты явился…
– Чего ты орешь?!
– А чего ты здесь раскомандовался? Из-за твоего несчастного вала загорали неделю, а тут тебе не железки, а электротехника!
– Раньше нельзя было проверить?
– Не учи меня тому, чего не знаешь!
– Не ори!
Дальше пошел мат-перемат. Сцена получилась безобразной: оба раскрасневшиеся стояли друг против друга, размахивая руками, казалось, вот-вот в ход пойдут кулаки. Свидетели не вмешивались, похоже, не без удовольствия наблюдая за ссорой. А дело заключалось в дефектном командоаппарате, на замену которого требовались еще сутки.
Праздник по случаю пуска стана был отчасти смазан из-за отмеченных выше обстоятельств. Тем не менее, все прошло достаточно торжественно. Приехал Химич с группой конструкторов, сошлось начальство Новотрубного, был представитель горкома КПСС и, конечно, милевцы.
Корреспондент местной газеты описал это событие высоким стилем, с должным пафосом. В заметке была фраза, над которой особенно потешались конструктора: «…И вот настала долгожданная минута. Зам. Главного энергетика включил рубильник, и ток медленно потек по проводам…». Через несколько месяцев новые вертолеты летали на трубах, прокатанных на стане ХПТ 90П.
Прошло пять лет. Приказом Министра комплексное проектирование и поставка станов и агрегатов для производства труб были возложены на завод тяжелого машиностроения, находящийся в городе Электросталь Московской области. На этот же завод было переведено с Уралмашзавода конструкторское бюро станов ХПТ, которым руководил Марк.
В Электростали была разработана и освоена новая высокоэффективная модель станов ХПТ для прокатки труб от 16 до 90 мм. Этой моделью заинтересовались многие зарубежные фирмы, в том числе и японские.
10.08.17
Еще один интересный архивный материал.
Интервью с моим знаменитым другом Ильей Блехманом.
«К. Илья Израилевич, ответьте на совсем простой вопрос: как стать успешным ученым, разумеется, при наличии определенных способностей?
И. Б. Ответ такой же простой – надо сильно захотеть и много работать. А еще на старте нужны хорошие наставники. Альберт Эйнштейн справедливо говорил, что достойная личность может сформироваться только на достойных примерах.
К. Вам в этом смысле повезло?
И. Б. Чрезвычайно! Когда в послевоенных сороковых годах я учился в политехническом институте, на физико-механическом факультете преподавали великие ученые, творцы перспективного научного направления – нелинейной механики. Прежде всего, надо назвать Анатолия Исааковича Лурье и Георгия Юстиновича Джанелидзе. В то время был еще жив и «отец советской физики» академик А. Иоффе, который несколько раз в год читал нам «мировоззренческие» лекции. Уровень преподавания в ЛПИ был высоким, а главное – царила атмосфера служения науке, интереса к техническим проблемам, о них мы узнавали из первых рук. Пока жив, буду благодарен своим учителям – политехникам за привитие интереса к науке и за выработку определенной шкалы ценностей в ней.
К. Как Вы пришли в вибрационную механику?
И. Б. На старших курсах я познакомился с отдельными примерами применения вибраций в конструкциях горных машинах отраслевым исследовательским и проектным институтом «Механобр». Они потрясли мое воображение. Курсовую и дипломную работы я выполнил о вибрационном перемещении материала. Но тогда еще не мог представить, что вся моя последующая жизнь будет связана с этой организацией.
К. А как Вы оказались в «Механобре»?
И. Б. Меня приметил большой энтузиаст вибрационной техники горный инженер Д. Плисс, недавно вернувшийся после войны из армии. Он обратился в Политехнический на кафедру с просьбой распределить меня в «Механобр». Честно скажу, я очень сопротивлялся «внедрению» в их институт, поскольку не видел, за исключением отдельных интересных процессов, широких перспектив для применения механики, считал тематику приземленной, узкой. К счастью, я ошибся. Г. Джанелидзе решительно развеял мои сомнения, сказав, что о такой возможности можно только мечтать.
