Их приключение увенчалось успехом. «Я думаю, для таких, как мы, это единственная случайная возможность» (стр. 103), которая сделала Ынсан владелицей активов на сумму 3,3 миллиарда вон, а бизнес Джисони по импорту тайваньского черного сахара, который она запустила на деньги, заработанные на эфириуме, принесет ей большой успех благодаря грядущему «буму черного сахара» (конечно, этот успех лишь подразумевается в произведении, но не реализуется напрямую). Однако с Дахэ все немного иначе. Хотя она и переезжает из своей 1,2-комнатной квартиры в квартиру с отдельной гостиной, кухней и балконом, она все же не увольняется с работы, как того хотела. У нее, в отличие от Джисони, нет готового бизнес-плана, и 320 миллионов вон недостаточно, чтобы уйти с работы и жить безбедно до конца жизни. Но главным образом она не уходит с работы потому, что ее мама с гордостью думает, что «ее работа полезна для общества» (стр. 332). В компании у Дахэ бывают ситуации, как с чипсами, которые нужно попробовать «даже если это кажется странным» (стр. 332), «лицами людей, живущих от зарплаты до зарплаты» (стр. 159), и мелочными коллегами, как в эпизоде со льдом в морозилке. Однако решение Дахэ не увольняться с работы показывает, что жизнь не заканчивается и после «счастливого конца». Все потому, что структура произведения – метафора американских горок. Когда мы катаемся на американских горках, то забываем о реальности и наслаждаемся ощущением бесконечной скорости, но, когда время, отведенное на поездку, заканчивается, мы возвращаемся к обычной жизни. Конечно, в случае с Дахэ между жизнью до и после американских горок есть заметная разница. Если раньше ее зарплата казалась ей «деньгами, которые уходят в бездонную бочку», то теперь она может немного расслабиться, зная, что «320 миллионов остановят это» (стр. 334). Тем не менее свобода, которой наслаждается Дахэ, недоступна для большинства молодых людей. Поэтому вопрос о том, как сделать так, чтобы больше людей могли на равных социальных условиях иметь такую же прочную опору, неизбежно возникает в жизни после «счастливого конца». Конечно, это произведение не поднимает его напрямую. Размышление над ним и поиск ответов останутся на усмотрение читателей, которые, возможно, захотят заглянуть глубже, дочитав произведение. Мир произведения Чан Рюджин, который откроется после последней страницы этой книги, может инициировать многие мыслительные процессы. Время после «счастливого конца», описанное в финале произведения, похоже, предлагает читателям задачку, которую предстоит решить, наполняя жизнь новыми историями. Чан Рюджин вселила в нас надежду на то, что и новые ее произведения не разочаруют. Поскорее бы узнать, что она расскажет дальше.
韓永仁 |
Когда мне было двадцать с небольшим, я часто думала: «Вот бы кто-нибудь дал мне сто тысяч вон!» Особенно в те десять дней, когда зарплата за прошлый месяц уже закончилась, а зарплата за этот месяц еще не пришла. Мне кажется, что я думала об этом каждую минуту. Когда мне исполнилось тридцать и мы с партнером занимались поисками нового жилья, я часто думала: «Вот бы кто-нибудь дал мне сто миллионов вон!» Как это часто бывает, когда ты находишь дом, где тебе нравится несколько аспектов, от других вариантов приходится отказываться. В то время после пророческих снов я покупала лотерейные билеты. Я ходила за ними, когда мне снились драконы, кровь, экскременты, мировые знаменитости, звезды спорта, бывшие президенты или когда во сне появлялись предки. Придерживалась правила: покупать билет в месте, где был прошлый выигрыш, и не рассказывать никому о сне. Пока ждала результатов, предавалась мечтам. Сколько денег нужно, чтобы купить дом, который удовлетворит все мои потребности? Может показаться невероятным, но всего шесть лет назад, на момент написания этой книги, казалось, что 300 миллионов вон будет достаточно, чтобы купить идеальное жилье, ни в чем себе не отказывая. Пока я ждала розыгрыша, часто думала: «Вот бы выиграть 300 миллионов вон!» Хотя я никогда не выигрывала в лотерею, через несколько лет я стала писательницей. Преимущество профессии писателя в том, что с клавиатурой и монитором можно создать любую историю. Изначально я хотела писать историю, в которой Дахэ и ее друзья получили бы по 300 миллионов. Поскольку роман – это лишь художественное произведение, я могла делать все, что захочу, и это показалось мне отличной мыслью. Вот так из простой идеи я пришла к своему замыслу. Писать роман всегда становится сложнее, когда ты уже начал, но я решила, что обязательно завершу его на доброй ноте. Это было последнее, что я заранее продумала перед тем, как начать писать.
