Когда я была увлечена криптовалютой, я мечтала разбогатеть и уйти с работы. Но сейчас у меня появились деньги, и мысль об увольнении уже не казалась такой привлекательной. Что я буду делать после? У меня нет идей для бизнеса, как у Джисони, и нет особых увлечений. Может быть, я что-то найду со временем. А пока что нужно продолжать работать, ведь почти все деньги уйдут на залог.
Но я хочу скорее переехать. После переезда я больше не буду платить аренду и проценты. Шесть лет. Теперь я наконец-то смогу копить заработанные деньги. Раньше казалось, что деньги уходят в бездонную бочку. Мои 320 миллионов остановят это.
На самом деле, работа в офисе уже не кажется такой ужасной, как раньше. Странно, иронично. Ладно, теперь… во-первых… Я продолжала бормотать под нос и ровным, аккуратным почерком написала:
Пока продолжаем.
Проект Аполлон, СНОВА!
Чан Рюджин обладает острым взглядом на сегодняшнее корейское общество, и она имеет исключительный талант описывать нравы живо и с юмором. Некоторые могут неодобрительно относиться к термину «традиции». С тех пор как Им Хва определил «традиционный роман» как подражание натурализму, лишенное идеологии, термин приобрел негативный оттенок, обозначающий поверхностное наблюдение за явлениями, невозможность уловить суть. Хотя это мнение было высказано Им Хва сто лет назад, отношение к традициям как к реальности объективной, очевидной и данной нам до прочтения до сих пор сильно в умах людей.
Однако «традиции» всегда являются субъективной конструкцией, предложенной автором, которая после успешного представления начинает восприниматься как естественная часть реальности. В этом скрыта определенная инверсия, и чем искуснее писатель, тем эта инверсия незаметнее. Чем уникальнее взгляд автора и чем более мастерски он владеет словом, тем больше читатель верит в правдоподобность созданной им реальности. Именно это мы испытываем, читая романы Чан Рюджин.
Чан Рюджин добивается удивительного реализма, воплощая физиологию тела и ума современных корейцев. Если традиции начинаются с индивидуальных желаний, противостоящих социальной структуре, то живые образы персонажей, реагирующих на окружающую среду, становятся важным критерием успеха анатомии традиций. В этом аспекте Чан Рюджин – первооткрыватель. Ее персонажи, казалось бы, существующие как отдельные личности, инстинктивно ощущают силу общества и среды, воздействующих на их положение, и по-своему противостоят им. В этом произведении – которое кратко можно описать так: история трех молодых девушек с низким социальным статусом, запрыгивающих в криптовалютный поезд, – нас больше всего и привлекает присутствие таких объемных и уникальных персонажей.
Каждое понятие в этом кратком изложении имеет огромное значение для описания современной корейской реальности. «Низкий социальный статус» является ключевой фразой, представляющей тенденцию наследственного капитализма в условиях хронического низкого роста. «Молодые девушки» также являются неотъемлемыми фигурами для изучения проблемной реальности и литературного воплощения общества современной Южной Кореи. «Криптовалютный поезд» отражает чувство социально-экономической замкнутости у современной молодежи, напоминая одновременно о временах золотой лихорадки, когда даже поэты размышляли об обогащении, как это описано в «Одном дне из жизни романиста Кубо».
