За окном было уже довольно светло. В последнее время я игнорировала стрелки наручных часов и ориентировалась строго по своим ощущениям. От вчерашней метели остались только воспоминания, горы теперь было намного лучше видно.
– Ого, а они ближе, чем я думала. Мы туда все вместе пойдем?
– Нет, с вами пойду только я, – ответила Зарина.
– Вот как. Пешком?
– Я вас перенесу. За этим, собственно, я и пойду с вами.
– О, ладно. Хорошо.
За завтраком почти и не разговаривали. Я вообще пережевывала вареное яйцо и надеялась, что мне каким-то чудом вернут силы Наставника, однако верилось в это с трудом. Ханс и вовсе относился к подобному пессимистично. Хотя, казалось, он не был уверен в своем отношении до конца, а я открыто свою позицию не выражала. А вдруг?..
Оделись мы довольно быстро. Я до конца так и не могла понять, что нам сейчас предстоит делать. То есть, я безусловно понимала все, но не осознавала в полной мере, как обычно. Поход ощущался какими-то далекими перспективами, до которых еще надо дожить. Не люблю, когда меня так просто выкидывает из жизни. Помимо всего прочего, меня вдруг заинтересовало, сколько лет близняшкам. На вид лет тридцать. Возможно, даже больше. Однако, если и узнавать это, то явно не сейчас.
– Все готовы? – Зарина мило улыбнулась, и мы втроем взялись за руки.
Я зажмурилась, земля ушла из-под ног, и в лицо ударил холодный ветер. Глаза открылись, и тут же снова закрылись от яркого солнца, которое отражалось от снега и слепило нас. Потом, когда я более ли менее привыкла к освещению, ко мне пришло осознание, что все мы стоим по колено в снегу. Я попробовала сделать шаг и провалилась еще глубже, чуть не упав на бок. От падения меня спас Ханс, до сих пор не отпускавший мою руку.
– Стоишь?
– Стою, – ответила я со всей возможной уверенностью, и он отпустил меня.
– Значит так, – начал немец, – никто дальше чем на метр от меня не отходит, все должны…
Закончить предложение он не успел, так как целиком провалился в снег. Прошла секунда, вторая, я тут же бросилась откапывать друга, но ничего не выходило. Снег был рыхлый и ссыпался обратно, да и никакого следа падения Ханса не осталось.
– Это бесполезно, – заметила Зарина, но разочарованной ее вряд ли можно было назвать. – Хозяйка его впустила. Не трать силы, – она помогла мне подняться и отряхнула от снега.
– С ним все будет в порядке?
– Да. А если он еще и способности ее получит, то все будет намного лучше чем просто в порядке.
– Если?..
– Ну… Он должен будет пройти дополнительную проверку. Если не пройдет – его выкинет обратно.
– А если пройдет, то то же самое, но уже с силами, так?
– Угу, – она кивнула.
– И… Долго нам ждать?
– Нет, не думаю. Минуты три, возможно. Или шесть.
– Что это вообще за проверка? Он должен будет бежать от огромного каменного шара по тоннелю, пока стены в него стреляют ядовитыми дротиками, а на полу расположены ловушки с огнем и огромными шипами?..
– Нет, нет-нет… Это скорее проверка силы духа. Никакой физической активности. Вроде сканера, что ли.
– Оу. Ясно. А что конкретно этот сканер ищет?
– Не знаю. Может, предрасположенность к насилию…
– Тогда Ханс в пролете, – пробурчала я себе под нос.
– Я уверена в обратном. Да, он выглядит весьма впечатляюще, – я не сдержала смешок, – но я думаю, что это не его врожденное… Скорее, его долгое время хотели видеть таким. И он стал таким. Внешне.
Да, действительно, слишком рано я на нем крест-то поставила. Его тут скорее надо ставить на мне и моих силах. Вот уж кто точно в пролете.
– Зарина, как думаешь… Почему в твоем предсказании фигурировала я одна?
– Тут очень сложный момент. Существует же магия, способная прятать от провидцев некоторые элементы вселенной.
– У Наставников?
– Именно. Может ты, сама того не зная, наложила на него барьер?
– Вряд ли. Мы начали сотрудничать с ним сравнительно недавно. А сколько лет твоему предсказанию? Наверняка много больше.
– Лет десять точно будет… Значит, вполне вероятно, что кто-то из его знакомых тоже Наставник.
Наставник. Среди дружелюбных к Хансу людей. Знавший его еще до того, как появилось предсказание обо мне. Сколько ему тогда было?.. Ну лет семнадцать, я думаю. То есть в промежуток от нуля до семнадцати лет его должны были спрятать от всех провидцев и ведунов. Это могла быть женщина, приглядывающая за ним. Или еще кто-то. Я действительно мало знаю о его жизни. Слишком мало, чтобы начинать строить теории на этот счет. И ведь не спросишь прямо – он сам о Наставниках узнал буквально неделю назад. Интересно, однако, выходит. Можно было еще узнать, когда появилось пророчество Хозяйки, ибо она знала, что придет именно Ханс, и вычислить дату, когда Ханса еще ничего не защищало. Но было это сейчас абсолютно бессмысленным занятием. Так или иначе, вероятность того, что тот Наставник еще жив, если, конечно, это действительно был Наставник, крайне мала.